Мистик 2

Особенно если они были полностью погружены в хаос, где всё что ты видишь лишь следствие особенностей твоего разума и восприятия реальности.

Техника кипения оборвалась, так и не сформировавшись полностью. Изо рта посланника вырвался тихий хрип боли. Он снова попробовал вырываться, однако сейчас его положение было ещё хуже, чем несколько секунд назад. Нити хаоса удерживали его так же надёжно, как если передо мной находилось муха, насаженная на сотни булавок.

Хотя в данном случае муха ещё умудрялась вяло сопротивляться.

Несмотря на множество ран, посланник попытался освободиться. Я почувствовал, как на созданные мной нити хаоса оказывается некое воздействие. Мой враг пытался растворить уплотнённый хаос собственной силой.

Я усмехнулся шире и сделал лёгкое вращательное движение рукой. Щупальца хаоса мгновенно распались тончайшей паутиной, пронизывающие все внутренности посланника. Она оплела органы, кости и нервы. Нити ткани бездны проникли к кости в самый мозг, полностью блокируя посланнику последнюю возможность к противодействию.

Его аура под моим воздействием превратилась в безвольную амёбу, а знаки на теле поблёкли.

Облизнувшись, я протянул руку к груди посланника. Почувствовал биение его души прямо напротив сердца. О, эта душа определённо была очень вкусной! Изысканное сочетание хаоса и порядка. Демон в моём разуме ликовал и дрожал от предвкушения трапезы. Краем сознания я отметил, что его инстинкты влияют на меня куда сильнее чем должны. Однако изменить ничего я в данным момент не мог.

Это означало бы нарушить тонкий баланс выстроенный между личностью человека и твари бездны.

Если бы я попытался усилить влияние разума человека, то мгновенно ослабил бы свой контроль над хаосом и посланник сумел бы вырваться из ловушки. Так что пока отстаивалось только подчиниться пробудившемуся голоду.

— Остановись. Ты не понимаешь, что делаешь, маг, — неожиданно пришёл от посланника мощнейший ментальный импульс. Он не мог повредить мне, однако то, что враг сумел частично преодолеть мой контроль вызывало некоторое удивление.

Всё же его тело и ауру пронзали нити подконтрольного мне хаоса. Окажись я сам в подобном положении, то не смог бы даже просто сформулировать свою мысль достаточно чётко для ментальной передачи.

— От чего же? — с любопытством произнёс я, слегка ослабляя хватку на душе посланника и давая ему возможность говорить со мной более свободно.

— Тебе не простят смерти посланника, — ответил мой враг почти мгновенно, — весь мир восстанет против тебя.