Ловец знаний

Сам я сидел прямо на земле и смотрел в никуда. А что мне ещё делать? Выжившие крестьяне собирали умерших. Разложили их тела вдоль забора, с внешней стороны. Я на это зрелище глядеть отказывался и убрался подальше.

Горан мертв. Элиза мертва. Староста тоже мертв. Он был тем самым мужчиной, который вышел ночью и погиб вместе с дядей. А больше со мной никто и не общался. Никому не было дела до мальчишки-сироты. Своих проблем выше крыши, как бы не захлебнуться в них.

Я видел, сколько трупов. Штук тридцать, не меньше.

Подумывал собрать вещи Горана и Элизы. Так и сделал. Перенёс их в телегу и там осознал, что не умею ею управлять. Как не умею и обращаться с лошадью. Да и умей я, что дальше? Отправиться в путь? Но куда?

Это тот самый случай, когда в силу возраста я был абсолютно беспомощен, и единственное, на что стоило уповать, — это на помощь крестьян. Вдруг приютят. Но подошли ко мне не они, а профессиональный убийца с пугающим взглядом.

Что-то много кто меня пугает. Какая-то угнетающая тенденция. То старики древние на пути попадутся, то вот этот подозрительный, непонятный тип.

Выглядел он впечатляюще, если присмотреться. А присмотреться к нему было сложно, взгляд прямо-таки соскальзывал. Темный плащ, кожаный нагрудник с металлическим вставками. Штаны тоже кожаные. Где-то под плащом кинжал скрывается. Лезвие длинное, способное пробить голову взрослого человека и выйти с другой стороны так, что ещё с ладонь останется. Волосы у него черные. Не как уголь, но цвета сырой грязи точно. Чернозем. Под стать глазам.

— Почему бросился на того дезертира?

Дезертир, значит... Безусловно, любопытный факт, который тронул меня, но на который было в сущности плевать.

— А что мне терять? Они мамку убили и дядю. Кому я теперь нужен? Так хоть отомстил.

— Сколько тебе лет?

— Пять? — ответил я, сам в этом сомневаясь.

На вид лет пять. А так, может, четыре или шесть. У Элизы я не спрашивал, были вопросы поинтереснее.

— Что думаешь делать дальше?

— Да если бы я знал, — ответил как на духу.

Мужчина кивнул каким-то своим мыслям и снова меня оглядел.

— Хочешь пойти со мной? Легкой жизни не обещаю, но где спать и что есть найдётся.

— Пойду, чего не пойти.

Не, серьезно. Что-то я так и не увидел очереди крестьян, которые хотят приютить лишний рот. А раз так, то и выбора, по сути, нет.

— Тогда иди за мной. Здесь я свои дела закончил.

— А как же дядя и мать? Их похоронить надо.

Почему-то мне казалось правильным хотя бы так отдать дань уважения этим людям.