Верравия. Ключ Отца

Хло стоял рядом с видом готового на все все супергероя — хоть в огонь, хоть в воду, хоть на восковую эпиляцию. Позади суетился Шейрух, который, заметив меня, благодушно склонил голову. Забавный ящер, единственный из всех голгор, который внушал мне симпатию.

 — Слушай, Серег, а ты же относительно новичок в игре? — я вдруг вспомнил о божественном квесте.

 — Ну… да.

 — Значит, не выбрал еще Бога?

 — Нет, не до этого как-то было.

 — Ну вот, здорово. Хочешь сразу стать жрецом Лока? Так сказать, через звездочку повыситься?

 — Это который Бог Лени?

 — Да.

Там вполне ощутимые вкусности падают. Ну, что скажешь?

 — Почему бы и нет? Что делать надо?

 — Да черт его знает. Щас поглядим.

Я положил руки Кобелюге на плечи и пристально посмотрел в глаза. Сознание правильности действий пришло само, точно около двадцати лет только и занимался посвящением в жрецы великого Лентяя. 

В груди приятно защекотало, а по телу пробежала волна тока.

Игрок не подходит для звания жреца Бога Лока.

Дита, ты офанарела, что ли? С чего это не подходит? Я вновь сосредоточился.

Игрок не подходит для звания жреца Бога Лока.

Вот собака страшная. Никаких ведь разговоров о дополнительных требованиях к кандидатам не было. Получается, вообще ни разу не легкое задание, я могу до самой смерти «нужных» Локу людей искать.

 — Серег, че-то не получается. Говорит, не подходишь.

 — На «нет» и суда нет, — не сильно расстроился Кобелюга.

Ну конечно, он же не знает о «Прикосновении ротозея», «Крике Лоботряса» и «Ауре Лентяя». Извиняй, божественный фейс-контроль не прошел.

Я выглянул в замызганное окошко. Надо будет намарафетить магазин: вывеску нормальную повесить, отмыть… 

Солнце неумолимо клонилось к закату. Навуходоносор говорил про вечер. Значит, уже скоро, а пока у меня есть одна нерешенная проблема.

Попрощавшись с Серегой, мы с Хло выскочили на улицу.

Мое альтер эго — чудаковатое лесное создание с огромными симметричными ушами и серой кожей — то и дело переходило на бег, явно не поспевая. Извини, Хло, времени мало, придется поторапливаться. Угораздило же меня задремать.

К моей безмерной радости и удивлению, дворец оказался пустым. Никаких тебе просителей, арендаторов и риэлторов. Крупная стычка в квартале торговцев как будто повернула вспять жизнь столицы. Впрочем, мне это только на руку.