Да здравствует король!

— Да, я знаю, но пока появились только разведчики, мы часть убили, а троих взяли в плен. Не могли бы вы устроить их у себя в подземелье, а то у нас нет достаточно надёжного места для их содержания. Да, сразу говорю, что возможно потом приведу ещё двоих, которых пока пытаемся вылечить от ран.

— Странный вы человек, герцог. Уверен, что это именно ваша идея лечить раненых орков. Любой другой бы бросил их подыхать или на съедение волков.

— Возможно вы и правы, но что-то не позволило мне так поступить.

Можно приводить пленных?

— Приводите, — махнул рукой капитан.

Довольный Гирос ушёл в портал, а вскоре орки были надёжно заперты в казематах форта.

Дальше — несколько дней были спокойными, правда решили усилить дозор отправляющийся на север. Теперь в него входило пять конников и один маг, чтобы в случае чего он смог связаться по магической связи, а при необходимости использовать свои боевые умения.

Раненые орки потихоньку приходили в себя, один из них уже мог садиться, но не надолго.

Их запирали в одном их домиков и постоянно следили, хотя пока никакой агрессии они не выказывали.

Так прошло ещё четыре дня. Гирос как раз возвращался с дозора (в этот день была его очередь), когда Борин по магической связи сообщил ему, что к ним приближается небольшой конный отряд. Услышав это, герцог решил не заезжать за стену, а поехать вдоль неё, навстречу конникам. Ещё издали увидев их, он понял, что во главе отряда едет сам герцог Казинский.

Воин, едущий рядом с ним, держал в руках штандарт с изображением герба герцога. Гирос пришпорил Ветра и успел встретить Казинского точно на границе королевства.

— Здравствуй, Гирос! — сказал Казинский. — Откинь капюшон, я хочу увидеть твоё лицо, — попросил он, снимая с головы шлем.

— Здравствуйте, герцог Казинский! — ответил Гирос, убирая с головы капюшон.

— Таль, меня зовут Таль. У нас с тобой равные титулы, а значит можно и без церемоний.

Несколько минут они стояли молча и рассматривали друг друга. Таль Казинский был крепкий мужчина лет сорока пяти, в его коротко остриженных волосах и окладистой бороде было немало седины, что делало их серыми. Умные и проницательные глаза строго смотрели на Гироса.

— Как же ты похож на Гордиона, — вздохнув, сказал Таль. — Жаль, что мы по разные стороны! Что ж, принимай меня, поговорим, коль ты предъявил ультиматум.