Воронов дар. Играя с судьбой

— Ну что вы, я сам справлюсь, — отмахнулся я, чувствуя себя неловко. Нагружать старушку ненужной работой мне было откровенно неудобно.

— Ой, что вы, княжич! Я тут всё равно целыми днями скучаю, а то хоть какой-то занятие, — незаметно даже для меня самого, Агафья Трофимовна деликатно взяла меня под руку и повела в сторону выхода. — А вы не переживайте, идите подкрепитесь. Ещё не хватало, чтобы вы в голодный обморок мне здесь рухнули.

Спорить с ней было бессмысленно, поэтому пришлось сдаться и покинуть библиотеку.

Нужно будет после как-нибудь отблагодарить библиотекаршу.

И раз дело решилось самим собой, я направился в столовую, растущему организму, да ещё и при усиленных тренировках однозначно есть необходимо регулярно.

Многие школьники уже закончили обедать и шагали по коридорам в сторону парадного входа. Обеденный перерыв длится целый час, поэтому после трапезы дети обычно высыпали на улицу, побегать, поиграть в снежки зимой или понежится на солнце в тёплое время года.

Мои одноклассники ещё ели, заметить их было несложно, два крайних стола у широких окон предназначались именно для старшеклассников. За одним столом сидела избранные, мнящие себя элитой класса. Жанна Клаус с подружками и Борислав с прихвостнями, Мила тоже сидела там. За вторым столом сидели те, кто не вошёл в эту «элиту», и считался неудачниками. В прошлом я именно за этим столом и сидел.

На раздаче я набрал полный поднос еды. Даже ностальгия накатила. Как же часто я вспоминал о школьной еде в походах.

Здесь всегда было всего навалом и всегда вкусно, а ассортимент блюд мог сравниться с меню не самого плохого ресторана. Кажется, гвоздём сегодняшнего обеда были свиные рёбрышки в пряной глазури, потому что их почти не осталось, а я успел ухватить лишь несколько последних кусочков.

Всё это время я буквально спиной чуял, как меня сверлят взглядом. Оглянулся, наткнулся на Борислав. Тот, видя, что я смотрю, довольно усмехнулся и по-свойски приобнял за талию Милану.

Она не вздрогнула, не отпрянула и не убрала его руку, как я надеялся. Она осталась сидеть, словно бы его объятия ей были вполне привычны. Даже повернулась, и улыбаясь, что-то сказала ему. От злости я едва не сломал поднос.

С подносом я направился прямиком к столу этой самой «элиты». Во-первых, у них было больше свободного места, а во-вторых, они так все пялились — ну точно же, хотят, чтобы я с ними посидел.