Воронов дар. Играя с судьбой

Но в «Славийском вестнике» нашёл лишь одно подобное происшествие: о зверском убийстве Элеоноры Вулпес, которую сектанты сожгли заживо.

Я пошёл дальше, продолжив искать подобные случаи. И нашёл. Ещё два подобных убийства: в Хоррийском княжестве, буквально через неделю после того, как чуть не принесли в жертву меня. Это была снова ведьма из простолюдинок. И ещё одно, снова тот же сценарий — сектанты, но уже дальше. Чернокнижники продолжали ритуальный круг призыва. Всё это едва ли радовало, если я сам лично уже стольких перебил, сколько же на самом деле тёмных в этом культе? Но больше всего пугало, что ни следователи, ни вурды, ни защитники так и не сумели это остановить.

И, скорее всего, не сумеют.

Но чернокнижники на данный момент не моя забота, всё это было далеко нет то, что я искал. Мне нужно было подтверждение моих догадок по поводу катастрофы. Я пытался отыскать связь между Метрополией и извержением Жёлтого глаза, или хотя бы намёки на то, что Массалия начала готовиться и делать продовольственные запасы, но ничего подобного не отыскал.

Так я просидел до глубокой ночи, пока сон не начал меня основательно подкашивать, но только я улёгся и закрыл глаза, как зазвонило зеркало связи.

Борясь с сонливостью, я потянулся за зеркалом, лежащим на прикроватной тумбочке. Мысленно надеялся, что звонит не Ольга Вулпес, которую меня угораздило добавить в список разрешённых собеседников. Но открыв зеркало, я увидел только темноту, впрочем, в моей комнате так же была полутьма и поэтому звонивший едва ли видел меня.

— Что ты со мной сделал, княжич? — раздался весьма неприветливый голос Инесс Фонберг.

После небольшого замешательства я ответил:

— О чём ты, графиня? Можно конкретнее?

— Что ты сделал, Гарван? Я схожу с ума! Я ничего не понимаю, — зашипела она. — Какого беса я делаю продовольственные запасы? Почему мои подчинённые начали строить подземные убежища? Мои люди утверждают, что я сама лично отдала им приказ, но я ничего!... Ничего совершенно не помню! Ты как-то влез в мою голову, Гарван? Как заставил меня переспать с тобой? Что ты вообще такое?! Что ты натворил?

Инесс явно была в истерике и, казалось, поток обвинений не закончится никогда.

Мне было всё предельно ясно — Инесс в итоге забыла, но успела развести бурную деятельность. Но и всё же, о том, что мы переспали, например, она таки помнила. А значит, тот день не полностью выветрился из её головы.

— Что именно ты помнишь о последней нашей встрече? — очень серьёзно, но спокойно спросил я.