Интербеллум. Будет кровь

Многие важные решения принимаются во время таких общих обедов или ужинов. Так что уверен, в обеденное время внутри оставят минимальную охрану, а большая часть бандитов соберётся за одним большим столом, как настоящая семья. На этом строился мой расчёт.

Когда солнце перевалило за полдень, я, почти не скрываясь, подошёл к воротам усадьбы. Вряд ли меня заметили — за подступами вообще никто не следил. Чего опасаться в пустошах? А нападения Строцци никто не ждал. В сами ворота ломиться не стал, постучал рукоятью пистолета в калитку, приткнувшуюся рядом с ними.

В ней тут же открылось смотровое отверстие, однако я отступил в сторону, чтобы изнутри меня невозможно было увидеть.

— Покажись! — раздался с той стороны голос, говоривший с гортанным веспанским акцентом.

Я не двинулся с места, а когда смотровая щель закрылась, выждал пару минут, и снова постучал. Задвижка щёлкнула во второй раз.

— Покажись, урод! — рявкнули с той стороны. Гортанных звуков в голосе прибавилось, как будто не человек там говорил, а авианин.

Я продолжал молча стоять.

Будь с той стороны калитки настоящий часовой, моя примитивная провокация не удалась бы. Всё, что я услышал бы от солдата: «Покажись!», — а после второго раза часовой вызвал бы подкрепление. Но тем бандиты и отличаются от солдат: о том, что такое дисциплина и караульная служба они имеют самое общее представление. Поэтому мне понадобилось всего лишь ещё дважды постучать, прежде чем охранник открыл дверь, решив разобраться с шутником лично.

Конечно, совсем уж тупицей охранник не был, и когда калитка отворилась, первым что я увидел были стволы дробовика. Я тут же перехватил их левой рукой и с силой толкнул обратно, впечатывая приклад в грудь бандиту. Теперь следовало действовать очень быстро: если он успеет нажать на спусковые крючки, то предупредит всех в усадьбе. Стрельба — это всегда очень серьёзно, никакие обеды тут не помогут. Не отпуская стволы дробовика, я крутанулся на пятке и впечатал рукоятку «нольта» прямо в лоб опешившему охраннику.

Тот покачнулся и мешком рухнул мне под ноги. Хорошо, что не орка или полуорка тут поставили — с ними возни куда больше, черепа куда крепче человеческих.

Возиться с бесчувственным телом не стал, просто выкинул его наружу, дробовик же оставил внутри. Пускай теперь ломится в закрытые ворота — вряд ли его кто-то услышит. И всё же надо торопиться — Рамон Рохо с большей частью банды может вернуться в любой момент.