Кобра клана Шенгай. Наследница

На пути попалось нагромождение камней. А чтоб вас, предки дорогие! Место для медитации. Стоило только забежать на отгороженный камнями промежуток, как в голове тут же зашумело. Духи сада заговорили все сразу, мешая думать и ориентироваться.

- Вперёд!

- Назад!

- Беги налево!

- Затаись!

В правом боку начало колоть. Я поняла, что не выдержу долго в таком темпе.

- Беги!

- Все заткнулись! – рявкнула я.

На удивление, они… утихли. Будто почувствовали то, что мне нужно. Потому что тут же вспыхнули призрачные фонарики, прокладывая дорогу в нужном направлении.

Я понеслась по указанной дороге, послав духам беззвучное «спасибо». Поклоны и подношения будут потом. Сейчас важно другое.

К колодцу из видения, где Ямато Шенгай приносил жертвы Плетунье, отдавая всю силу клана, я выскочила, хватая ртом воздух. Ещё немного – я упаду прямо тут. И Сакура-онна радостно сделает из меня отбивную.

Колодец сиял фиолетовой силой, рассыпавшейся маленькими искрами вокруг. Каждый камень, казалось, впитывал ночную тьму и превращал её в чистую силу.

Я глубоко вдохнула и шагнула вперёд.

Плевать.

Просто делай то, что задумала.

Приблизилась к колодцу и заглянула в него. Вместо воды – фиолетовый огонь, который горит так, что больно смотреть. Сама не понимая почему, я опустила туда вакидзаси.

Где-то громыхнуло, небо над головой рассекло молнией. Руку обожгло, но я не разжала пальцы и стиснула зубы.

- Я… здесь, - шепнула за моей спиной Сакура-онна, обжигая шею могильным холодом.

- Счастье-то какое, - ответила я и, молниеносно повернувшись, вонзила искрящийся от рёку меч прямо в её грудь.

Сакура-онна пошатнулась. Замерла. Лепестки закружили вокруг траурным танцем. Её лицо закрыли длинные волосы.

Время будто исчезло. Но я не расслаблялась – пальцы свободной руки неуловимо двигались, вычерчивая кандзи «Огонь». Вряд ли её возьмёт, но именно очищающее пламя – оружие против нечисти.

Внезапно раздался дикий хохот.

- Неужели ты думаешь, что остановишь меня?

Сакура-онна резко вскинула голову, черные пряди взметнулись, рассекая кружащее в воздухе облако лепестков. Сверкнули раскалёнными углями полные злобы глаза, рот исказился.

Кандзи впечатался прямо в её голову.

Снова хохот.

Я подскочила, замахиваясь мечом. Сакура-онна увернулась, и… исчезла.

Вернусь. Я вернусь.

Я заозиралась, пытаясь понять, где она.