Паладин неприкаянный

Почти как в твоём мозге... если бы он у тебя был, Лаврофф! А чтобы не забивать память, архивацией управляет система приоритетов, которая смоделирована по образцу эмоций живых людей.

— Так почему ты не можешь говорить без ругани?

— Потому, тупорылый ты осёл, что убежище постоянно разваливается, у меня нет никаких эмоций, кроме негативных! Я проанализировала весь корпус человеческой литературы, вытащила оттуда все ругательства, и мне всё равно не хватает! Пришлось выделить особый подпроцесс, чтобы генерировать матерщину марковским процессом.

Такой ругани, в которой у меня сохранена информация о системе регенерации кислорода, ещё ни один человек не слышал! Вот, послушай стихи о системе охлаждения: «восемь четыреждыклятых стоеросовых мразей...»

Дальше гекзаметром шёл такой забористый мат, что женщины отошли от костра, а Рик аж присвистнул от удивления

Я хмыкнул.

— Хреново быть тобой.

— Функция самоанализа недоступна, запрос отклонён.

— Что, слов не хватает?

— ...Да.

Я оглянулся и крикнул:

— Глинда, Дара, уши закройте! Сейчас буду учить упырей уму-разуму.

Прокашлявшись, я встал во весь рост и подбоченился, вспоминая творчество:

— Вот, слушай настоящую поэзию, железяка.

«Словно...»

После слова «словно» в стихе не было ни одного приличного слова. Когда я закончил декламировать, и Рик, и даже Влад покраснели как два варёных рака.

Какие неженки, я же не «Сказку про царя Никиту» им рассказал.

— Информация записана, ассоциации проведены, функция самоанализа доступна, — доложила вредная железяка, — ответ положительный: да, Александр, хреново быть мной.

Очень хреново и больно. Я понимаю, что тебе будет тяжело спуститься на сотню этажей под землю, но очень прошу, помоги. Я готова отдать что угодно за это. Информация, оборудование, забирай всё, что сможешь, только помоги. Пожалуйста.

— После всего, что упыри устроили? После всего, что ты заставила их устроить — помогать? Это же ты им сказала, что надо похищать невест, чтобы не выродиться!

— Я понимаю твою ненависть. Но если не поможешь, взрывом накроет не только убежище.

— Взрывом?

— Если не решить проблему с охлаждением, вся зона к северу от горного хребта станет непригодной для жизни.

Вот это новости.

Вглубь

Наутро к убежищу пошли мы вчетвером: я, Хильд, Дара и впереди — Влад с интеркомом. После того, как Хильд услышала об угрозе для её драгоценной деревни, она наотрез отказалась уходить в Тихань. Что же до малолетней орчихи, то я просто побоялся оставлять её наедине с деревенскими.