Паладин неприкаянный

От наблюдения за столь занимательным зрелищем меня отвлёк горящий кусок коры, упавший прямо на рану на затылке. Я заорал, хлопая по голове и вертясь ужом, чтобы потушить мигом занявшиеся волосы. Справившись с огнём, я посмотрел наверх — крона сосны весело горела, рассыпая искры и горящие ветки. Вот, значит, куда попала предназначенная мне молния.

— Нужно уходить, — сказал я сидящим на мху девушкам, — а то сгорим.

— Мы не можем, — рыжая улыбнулась, как будто я сказал что-то смешное. — У нас сил нет.

На ярком свету они и правда выглядели измождёнными и серыми, под цвет их успевших слегка подсохнуть одежд.

Но оставаться здесь однозначно нельзя — даже если не сгорим, придут те стрёмные ребята из подземелья.

— Подъём! Встали! Быстро! — рявкнул я, без труда настроившись на командирский голос. Вот бы так не во сне уметь.

Правда, от моих криков эффект был только один — во рту полыхнули болью потревоженные ожоги, а покрытые корочкой губы опять потрескались до крови. Девушки так и остались сидеть, вжав головы и, похоже, снова готовые зареветь.

Уголёк упал мне на плечо. Я стряхнул его, не заметив боли от ожога. Мысли хаотично метались в голове. Что делать? Бросить их здесь? Сгорят. Выбирать кого спасти, а кого оставить на смерть — легче самому сгореть.

— Значит так, — я присел возле рыжей, — хватайся за меня.

— Я без Розы и Эйрин не уйду! — крикнула девушка, вцепившись в руки соседок.

— Не могу же я вас всех сразу поднять! Буду носить по очереди, по сто шагов. Хватайся!

Пройти сто шагов, положить девушку на мох, вернуться за другой.

Повторить. Лес затянуло дымом. Дышать стало трудно. Хотя нам пока везло, и ветер сдувал огонь в сторону ущелья, позволяя нам от него уйти. Подняв рыжую в очередной раз, я сделал два шага — ноги подкосились, и я упал на мох, придавив слабо пискнувшую девушку.

— Похоже всё, — я закашлялся, откатываясь в сторону, — сил нет.

— Не сдавайся! Роза, Эйрин!

Кашель в ответ.

— Поднимайтесь! Мы уже отдохнули, стоять сможем! Будем идти, держась друг за друга.

Девушки поднялись.

Поднялся и я, цепляясь за ближайшее дерево. Хорошо, что в этом лесу ни кустов, ни травы — один только мох под ногами, мягкий как ковёр. Так и манит прилечь.

Мне в руку вцепилась рыжая. За неё ухватились Роза и Эйрин. Интересно, кто из них кто? И как зовут рыжую? Выживем — надо будет узнать. Оглянувшись, я увидел сквозь завесу дыма красно-оранжевые всполохи там, где мы начали путь с опушки леса.

— Идём, — скомандовал я своему крохотному отряду.

И мы пошли.