Паладин неприкаянный

Да не просто занята, у него под головой оказалась и подушка, и укрыт он был не половиком, а нормальным шерстяным одеялом.

— Ладно, Игор, отомстил. Надеюсь, ты счастлив, — проворчал я.

Спать всё равно не хотелось. Даже после утомительного дня, наполненного физическим трудом. Даже после ночной пробежки. Я решил переждать до утра на кухне, но двери в дом оказались закрыты. Спасибо, Игор.

Сел на ступеньку, прислушиваясь к невнятно звучащим в доме голосам, хохоту Хильд и тоненьким визгам Марты. Посмотрел вверх.

И замер, поражённый красотой ночного неба. Надо мной простиралось целое море звёзд. Млечный путь, огромной аркой разделяющий небо на две части, разноцветные пятна туманностей, и сотни, тысячи переливающихся и подмигивающих белых точек. Как я раньше не замечал такой красоты?

Голоса на втором этаже стихли, а я всё смотрел и смотрел на медленно вращающийся небесный купол.

***

— Подъём, Александер, — голос Игора вонзился в мой сон, разбив на мелкие осколки. — Неча тут на пороге валяться.

Я медленно сел, протёр глаза. Видимо, так и уснул там, откуда наблюдал за звёздами. Или звёзды мне тоже приснились? С ясного неба светило яркое солнце, издалека доносились перестуки молотков и визг пилы.

Всё это сон. Сон во сне. С каждым разом мне всё труднее было в это поверить, но доказательств обратного у меня тоже не было. Так что да, я сплю и вижу сон. Сон, в котором во сне отлежал руку, и теперь к ней возвращается чувствительность, очень болезненным образом.

— Доброе утро, Игор, — я подвинулся в сторону, чтобы одноногий смог пройти.

Тряхнул головой, прогоняя глупые мысли и возвращаясь в реальность. Ага, отпуск в деревне, со свадьбой, резнёй и феодализмом, ещё и обрили налысо.

— Как спалося, Александер? — Игор вытащил из дома подозрительно пахнущее ведро.

— Спал как убитый, — ответил я, внимательно следя за тем, как Игор проходит мимо.

— Завтрак на кухне, Глинда там сегодня управляется.

Вместо меня Игору ответил мой урчащий живот.

На завтрак рыжеволосая девушка приготовила воздушный омлет с чуть подгоревшей корочкой, хлеб с зёрнышками мака и простоквашу, в которую щедро насыпала ягод брусники и полила сверху мёдом. Не то чтобы я был большой любитель простокваши, но обижать Глинду не хотелось.