Паладин неприкаянный

Может, ты тоже попаданец, продавала ручку на собеседовании и случайно попала под грузовик?

— К делу! — оборвал я её, — Что именно случилось?

— Как на поле завыло, Марк пошёл мужиков собирать, а мы в избе заперлись. Я на миг только отвернулась, а Вересничка шмыг за порог! Я за ним, гляжу — только пяточки его сверкают. А потом...

Женщина снова заревела, вцепившись в мужа. Потеряв терпение, я схватил её за пучок волос на затылке, прикрытый платком, и дёрнул на себя. Оттолкнул Марка, навис над выпучившей заплаканные глаза жертвой.

— Дальше что?!

— Страхолюдина чёрная на Вересничка напрыгнула! Огромная, страшная, чёрная страхолюдина! Даже пискнуть не успел. Напрыгнула и поволокла по дороге в лес. Я побежала за страхолюдиной — да только куда мне... ой, горе-то какое! Ой, Вересни-и-и-ич-и-и-и...

Оттолкнув ревущую женщину Марку в руки, я схватил за шкирку «лешего» и толкнул в сторону леса.

— К лагерю орков. Там их ребёнок остался, там этого Вересничика и будем искать.

— Так темно же, не видно ничего.

— Я тебе сейчас голову оторву! Веди!

Толпа вокруг меня раздалась вширь, свет от редких факелов померк. Или это в глазах потемнело от ярости? Нужно успокоиться, срочно. Пока не поубивал деревенских идиотов.

Вскинув руку с мечом, я рыкнул:

— Свет!

Сработало. Над головой вспыхнуло маленькое солнце, рукоятка меча ощутимо нагрелась. Крики ослепших тиханцев я проигнорировал. Схватил за шкирку «лешего» и потащил в лес. Теперь бы ещё в свою ловушку не попасть.

Через пять минут бега по лесу я пожалел, что не задержался на поле отыскать светяшку.

Фонарик из меча получился отвратительный: тяжёлый и горячий, не раскаленная кочерга, но всё равно ничего хорошего. Хотя светилось только навершие рукоятки, грелся меч по всей длине, и даже кожаная оплётка рукояти не спасала от жара. Пришлось останавливаться, отбирать у лешего его плащ и заматывать меч тканью. Заодно решился вопрос с чрезмерной яркостью фонарика, слепившего не только меня, но и моего проводника.

К лагерю орков подошли не скрываясь. Костёр успел погаснуть, и теперь чернел грязным пятном на вытоптанной поляне. Вокруг него были разбросаны обгорелые кости, под невесть как выросшим здесь дубом лежали кучкой мешки с лямками. Возле которых я увидел свою цель.

Ужасная страхолюдина оказалась тощим как скелет орчонком, забившимся в щель между мешками и дубовыми корнями. В руках орчонок сжимал хныкающего мальчишку, выставив перед собой как щит.