Маленький маг. Книга 1

Ингирда, или как она себя называла почтенная матрона, была выдающейся женщиной и поэтому заслуживала особого внимания. когда-то мило полненькая дочка булочника в замужестве превратилась в весьма и весьма толстую женщины, заимев бочкообразное тело, медведеобразную походку и неприятное обрюзгшее лицо. Вместе с противным тонким голосом и почти тонувших в глазницах крошечных поросячьих глазках Ингирда обладала и крайне скверным характером, о котором всем Реенборге ходили настоящие легенды. В городке, посмеиваясь поговаривали, что Палину с такой женушкой впору не пить, а вешаться.

– Хм…, – смерив недовольным взглядом опухшее лицо ужа, она набрала в грудь воздуха и завизжала. – Залил бельма, паскудина! Все на рынок унес! В кладовой пусто! Дома ни куска не осталось! Скоро на паперть пойдем милостыню просить! Ирод! – своим огромным пухлым кулачищем она яростно затрясла перед кривящимся Палиным. – Упился, а я, почтенная матрона, должна его ублюдка кормить?! Привечать, обиходить?! Целая прорва мяса и бобов на него уходит! А где взять? Молчишь, скотина? – Палина уже схватили за шкирку и с яростью окунули в кадку.

– Кто мне обещал этого малолетнего проглота ремеслу обучить? Кто, я спрашиваю? – виновато улыбавшийся горшечник попытался развести руками, но был снова утоплен в кадке. – Что молчишь? Обучил? Обучил? Тогда полюбуйся!

Отпущенный мастер мешком обвалился на заваленный мусором пол, а к его ногам полетели какие-то глиняные штуковины. В глазах у него еще двоилось, поэтому Палин наклонился к земле.

Трясущими руками он разворошил глиняные осколки и достал… глиняную игрушку, очень искусно изображавшей какого-то диковинного зверя с массивным гибким телом, лапами дикого зверя и птичьими крыльями. Грива его была аккуратно раскрашена черной краской, в которой чуткие обаяние горшечника угадывало запах гари. Крошечные глазки зверя белели речной галькой.

– Где горшки, плошки? – орали нависавшая над ним туша, источавшая вокруг себя непереносимую вонь из чеснока и вареных потрохов.

– Чем этого ублюдка этим кормить? Этим дерьмом?

Горшечник же не слушал ее. Он бережно поставил на землю глиняного зверя и коснулся другого, в котором узнал священного жителя Небесного леса – единорога. Игрушка выглядела именно так, как она была описана в священных книгах Благих Богов. В его ладони спрятался небольшой белый жеребец с густой серебристой гривой, локоны которой доставали до самых золотистых копыт.