Владыка битвы (Начертатель-2)

Ты можешь не выжить.

— Как будто нас мейчас есть из чего выбирать, — коротко ответил я. — Что я должен делать?

Глава 2

— Я сам, — отозвался фетч. — Всё сделаю сам. Просто... Старайся не сопротивляться, хотя это будет сложно.

Конгерм резко развернулся и камнем полетел вниз, выискивая удобное место на суше. Я заметил скалы — острые и тонкие, словно рыбьи кости, опасной грядой вгрызавшиеся в море. Один человек едва мог поместиться на вершине. Фетч понёс меня туда.

Я ойкнул и выругался, когда беркут выпустил меня из когтей и я мешком повалился на камни, чуть не сорвавшись в море — до того тесно здесь было.

Хорошо хоть, что я чуть привык бывать на высоте. Не дав мне опомниться, Конгерм шагнул ко мне и разинул пасть.

— Нельзя ждать. Прости, но ты сам согласился, — сказал он и впился клювом мне в руку. — Постарайся не шевелиться.

Сперва я не понял, что именно произошло. Лишь почувствовал вспышку жуткой боли в руке и закричал. Клюв и когти орла рвали мою плоть.

Глаза фетча налились алым.

Теперь я знал, что чувствовала добыча, пойманная хищной птицей. Одной лапой он наступил на меня, придавливая к скале, второй помогал себе есть. Меня раздирали заживо, рвали кожу, клевали, отщипывали куски плоти. Боль стала невыносимой, и теперь я просто стонал, обессиленный жестоким колдовством духа. Казалось, это никогда не могло закончиться. Каждое мгновение текло как вечность.

— Сколько ещё? — рявкнул я, пока Конгерм жрал меня.

— Почти... всё...

Он наконец-то оторвался от раны и начал меняться прямо на моих глазах.

Беркут стал ещё больше — такая птица могла утащить не только человека, с нее сталось бы унести целую лошадь! Расправленные крылья закрывали небо. Глаза фетча так и горели кроваво-алым, с огненными всполохами, а перья на голове и шее засияли золотом. Загнутый клюв и когти из серого превратились в металлические — их блеск отливал серебром и сверкал на солнце. Птичий царь взмыл в небо и издал громкий оглушительно высокий клёкот — этот странный звук пробрал меня до самых костей и заставил съёжиться. Он гремел не только наяву, но и в моей голове. Это было похоже на зов.

— Черти руны, — приказал Конгерм.

— Какие?

— Всё, на что хватит сил. Все, что поможет мне.

Он спустился к морю, забил гигантскими крыльями и стал преградой между заколдованной стаей и мной. Тёмное облако шарахнулось назад, рассыпалось на несколько мелких стай, но тут же собралось вновь и устремилось к беркуту.