Эльфийская летопись. Арка 3

Салхи не желал лететь в такую темноту, да и ему хотелось пройтись. Шансов заблудится у него не было, ведь он чувствовал запах дыма.

Эх, как же хорошо в родном равнинном теплом Акли. Ну ладно, сейчас там, наверное, еще холоднее чем в этих промозглых лесах да болотах, которые эльфы с непонятно откуда взявшейся гордостью называли домом. Эх, Яссак, там он и оставит все свое трехмесячное жалование в первые пару недель, посетив все эльфийские бордели. А ведь какая была бы экономия, будь у него персональная эльфийка.

Нет, наверняка глупый Адад никогда не спал с “грязными эльфами”, а ведь ушастые наложницы были у самого Рамзана. Да, пророк знал толк в девушках. Эх, придется еще и летом соваться в эту дыру. А ведь и убить могут.

– Может отправитесь со мной? Отобьете пленников, – вкрадчиво спросил Саливат, когда они таки вышли к костру, чудом не переломав ноги в этом скользком месиве.

“Ты что же, мысли читать умеешь? Тогда даже не смей!” – мысленно огрызнулся Салхи на всякий случай, если эльф и правда мог подслушать его мысли.

Вслух же он произнес совсем другое:

– Оюн-мурза считает, что есть вещи, поважнее пленников.

Ну разумеется, Оюн-мурза считает. У самого то под боком эльфийская красотка, сестра Саливата между прочим. Уголки губ шамала поползли вверх, когда он представил, как эта ледяная королева, рядом с которой даже стоять было холодно, стонет под таким же бледным, болезненным Оюном. Нет, она скорее всего просто молчит! Интересно, не она ли ему ребенка заделала?

Однако же Салхи быстро себя осадил.

Смеяться можно было над Афиром, стариком эмиром с его набожностью, даже над пророком, ведь Великий стоит гораздо выше подобных пересудов. Но шутить над хилым и болезненным Оюном себе дороже, тем более на тему его единственного, столь долгожданного сына. А ведь если в нем будет хоть немного эльфийской крови, малыш будет признан проклятым и потеряет все права на фамилию аль-Каххар. Даже Пророк в свое время изгнал своего сына, родженого от эльфийки, запретив тому наследовать аклийский престол.

На следующее утро он проснулся в плохом настроении. Он не для того ехал на войну, чтобы спать на земле. Да и вообще, сегодня ему снова работать, в смысле убивать активно сопротивлявшихся этому эльфов. Ну да ладно, сейчас ему оставалось только сидеть посреди леса в ожидании дальнейших указаний. На секунду он даже пожалел, что здесь нет Саливата, но эта жалость быстро прошла. Этот ненормальный ему никогда не нравился.