Восход погибшего мира

- Они чего-то строят!

Звонко звеня подковами промчался гонец на лошади, на время дав спасительный порыв ветра. Вояка подошёл к юнцу.

- Катапульты, - прищурившись, коротко бросил он. – А ещё собираются возводить башни.

- Катапульты? Думают сокрушить стены?

- Во всяком случае, надеются, - пожал плечами бывалый, - другого пути у них нет.

Юнец опустив голову вниз, спросил – Почему мы не засыпаем ворота?

- Потому что это ловушка, - вздохнул вояка, винца бы сейчас, да прохладного. – Они ломануться туда, попадут в узкий проход, станут лёгкой мишенью.

- Так почему они не бросаются в атаку?

- Потому что знают это, - терпеливым тоном поучал бывалый вояка, - у них в планах победить, а не подохнуть. Для штурма всегда нужно больше воинов, чем для защиты. Видимо уверенности у них поубавилось, - облокотился на выступающий зубец, рассматривая армаду растекающуюся на ровной местности.

- Вот бы где пригодились Посвящённые, - с сожалением вздохнул юнец.

- Никогда на них не рассчитывал, - вояка скорчил презрительную мину, - самые бесполезные создания, кичатся знанием магии, а на деле пасуют.

- Я слышал, архонт отправил просьбу о помощи царству Урарту. У них есть боевые слоны.

Вояка неодобрительно хмыкнул – Глупый поступок.

- Почему? – удивился юнец, всё же не удержался и вставив стрелу, выпустил в сторону врага.

- Зря потратил, - проводил её взглядом бывалый. – Боевые слоны говоришь? А что если они решать присоединиться не к нам, а вот …, - кивнул в сторону армии Мидаса.

Юнец встревожено замер – С чего взял?

- Один уже нарушил договор, нет гарантии, что другие будут следовать ему. На чтобы они не рассчитывали, снаружи Эль Рид неприступен, - и после этих слов перевёл взгляд в сторону города. Там до сих пор огромное количество рабов втайне ненавидящих своих хозяев.

Юнец запустил вторую стрелу и уже тянулся за третьей, но бывалый вояка остановил его, ухватившись за руку.

- Оставь для них.

***

Лидия шла по дорожке усыпанной лепестками белой розы. Её сопровождающим являлся Марий, после отъезда Мидаса вельможа вернулся во дворец. Положения первого визиря осталось при нём. За ними следовал Мафусаил, сохраняя невозмутимое лицо. Внутри чернокожий амбал ощущал напряжение, прекрасно зная насколько прогнившие порядки царят среди знати. Хотя толстяк в пурпурной тунике не походил извращенца или кровожадного типа, но ведь впечатление может быть обманчиво.