Восход погибшего мира

Ройг впился в Агасфера пронзительным взглядом переполненным бешенства, тёмный огонь бушевал в чёрных зрачках, выплёскиваясь наружу в стремлении разрушить всё попадающееся на пути.

- Верни меня туда, - голос Ройга изменился, став низким. Он не говорил, рычал потусторонним гласом.

Кровь Мафусаила замерла, когда услышал его.

- Опять забываешься, - предостерёг Агасфер.

Мафусаил увидел немыслимое, ярость Ройга обрела физическую форму, аура мрака стала окутывать человека с ног до головы, сверкая бриллиантовой пылью в лучах заходящего солнца.

Тьма, перепугался здоровяк, настоящая тьма, такая клокочет на дне тёмного мира, где царствуют монстры и порождает их, пожирая в своём котле пропащие людские души.

И сам облик Ройга начал меняться, лицо оставалось человеческим, но печать тьмы проступала, разрушая плоть.

Агасфер приложив ладонь к камням, провёл по ним. Под сухой треск те стали раздвигаться, обнажив проход во внутрь. Ладонь Агасфера на время сбросила с себя человеческую кожу, став чёрного цвета и от неё разило ледяным холодом.

Это остудило пыл Ройга, аура начала отступать, впитываясь в землю, возвращая ему прежний вид.

- Эль Рид падёт, с тобой или без тебя, Мидас заполучит желаемое.

Ройг усмехнулся, показывая клыки – Щенок хотел славы.

- Щенок хотело прославиться во время битвы, так и будет.

- Печальная участь уготована роду царя Тербия.

Агасфер покачивая головой, смотрел на солнечные лучи скользящие по куполам дворца – Род Тербия прервался ещё триста лет назад, отчасти по моей вине.

- Укокошил наследничка?

- Можно и так сказать, дал ему возможность сразиться с драконом, - Агасфер тонко улыбнулся, наблюдая за реакцией Ройга. – Тот юноша обладал своеобразными талантами, я надеялся использовать их, не получилось. Последующие потомки Тербия не являлись продолжением его крови, жёны царя неоднократно изменяли ему, в результате …., - старик пожал плечами.

- Тогда зачем нужен маскарад, с обещанием выполнить требования щенка? Прибил бы его сразу и отправился дальше, – Ройг покрутил меч в руке.

- Это было необходимо по другой причине, - Агасфер кивнул в открывшийся проход, - не стоит мешкать. Мафусаил, - слуга невольно вздрогнул, когда хозяин обратился к нему, протягивая золотой браслет змейки. – Возьми.

Мафусаил протянув дрожащую руку, кожей ощутил липкий холод золота. Змейка ожила и юрко скользнув по запястью верзилы, обвив, замерла на нём.