Обреченный вечностью

 – «Сколько ему? Двадцать два? Двадцать пять?» За все это время они так и не поговорили по душам. Может виной было отвращение командира к спиртному (говорил, мол, папа алкоголик был, насмотрелся), может просто не было времени вот так вот посидеть за столом, поужинать вместе. После каждого задания командир уходил и виделись они только вечером, а то и ночью, когда сил разговаривать уже не было. Но Смирнов не переживал по этому поводу. Во-первых, было такое ощущение, что везение их командира как-то отражается и на нем, вон уже, сколько рейдов в тыл врага – и ни одного ранения.

А, во-вторых, так быстро ордена, медали и звездочки еще не появлялись на груди и плечах Смирнова. Поэтому, чего греха таить, ему жилось хорошо. А когда получил назначение к «Зверю» (так з глаза называли легендарного разведчика 2-го Белорусского), сначала испугался, немного, конечно. Но потом понял, что такого командира еще надо поискать. Вот и сейчас, сидит «Зверь», смотрит на них с отцовской любовью и ждет, когда выпьют да покушают. Смирнов вытер рот и вопросительно посмотрел на командира.

–– Все нормально, Леша, все хорошо. Мы молодцы. Генерал звонил, благодарил, лично. Награды обещал. И может отпуск, но сомневаюсь.

–– Да если бы не ты, Андрей, лежали бы мы сейчас в тех воронках, – на «ты» к командиру обращался только Смирнов, остальные пока не имели, видать, такого права, точнее не заслужили пока.

–– Все нормально, Лешка, все выжили, и хорошо. Бережет, значит, Господь. – С этими словами Ветров улыбнулся и обвел всех взглядом.

Смирнов посмотрел на Онопко и улыбнулся, «заговоренный», значит…».

–– Вот тут некоторые несознательные бойцы думают, что тебя бабка заговорила. – Смирнов улыбнулся, и кивнул в сторону Онопко. Тот стушевался и опустил глаза.

–– Бабка, говоришь, – Ветров тоже улыбнулся, но как-то совсем по-другому. У Онопко мурашки поползли по телу от этой улыбки, несмотря на весь самогон, выпитый им сегодня. – Нет, Сашка, не бабка. Да и хватит тебе, пожалуй, сегодня пить.

А то всякая чушь в голову лезет. Вы тоже не увлекайтесь, – он обвел взглядом подчиненных. – Чувствую, будет нам вместо отпуска следующее задание. Ну да ладно, после войны отдохнем.

–– Андрей, скажи, как ушел? Там же, по меньшей мере, рота шла за нами. – Алкоголь все-таки сказывался. Смирнову хотелось обнять командира, узнать, что у того внутри, излить свою душу.

–– Отдыхайте, Лешка, отдыхайте. Ты же знаешь, «заговоренный» я.