Игра не для слабых: Безродный

Вышло, конечно, не очень, но на новую попытку у здоровяка уже сил просто не было.

- Как он? – поинтересовался у неё я, подходя поближе.

- Хуже, - с трудом выдавила из себя заплаканная девушка, - Я уже надеюсь… - она снова всхлипнула, - Что боги не будут его мучать и заберут побыстрее.

- Не раскисай, - я похлопал её по плечу, - Дадут боги – уже к утру он пойдет на поправку.

А про себя тихо добавил: если считать Вернона – богом.

Парня надо было будить. Если так дело пойдет и дальше, то Тур и вправду может не дотянуть до утра.

А кто его знает, сколько по времени займет готовка этих самых зелий. Потом отдохнуть ещё успеет. В крайнем случае, договорюсь за него с Берреном. Он то мужик, вроде, правильный – должен понять.

- Эй, спящая красавица, подъём! – я потряс Вернона за плечо. Парень никак не отреагировал. Даже не всхрапнул.

- Подъём говорю! Давай, хватит дрыхнуть, долг зовет!

- А… Что… - заворочался парень, пытаясь нащупать мою руку своей, - Генри, это ты? Погоди? Почему темно? Я что, ослеп?

- Ты спишь лицом вниз.

Поднимайся, нам зелья надо готовить.

- Настойки, - почти машинально поправил меня Вернон, - Зелья готовятся на очищенном алхимическом порошке и воде. А вот настойки – на спирту.

- Хорошо-хорошо, -отступил на шаг, давая ему встать с кровати, - Ты мне курс юного алхимика проведешь по дороге. А сейчас одевайся, осмотри Тура и пошли. Быстрее начнем - быстрее закончим.

- Травничества, - снова поправил Вернон, - Алхимией считается только изготовление зелий и элексиров на алхимической основе.

А так же поиск новых, пока не изученных формул, с её помощью. Всё остальное – это травничество.

- Хорошо, хорошо. Я уже понял, что ты умный. Только Туру от этого пока легче не стало.

- Кстати, как он, - поинтересовался парень, подходя к постели раненого, - Можно не говорить. Сам вижу, что плохо. Ладно, - он махнул рукой, - Пойдем. По дороге расскажу, что надо делать.

Мы вышли из избы, оставив Бъянку наедине с умирающим мужем.

Солнце уже медленно, но верно клонилось к закату.

Небо потихоньку заливал мягкий, тёплый багрянец. Начинали стрекотать первые сверчки, вторя легкому вечернему ветерку, шуршащему в густой траве. На деревенской площади снова завывал старый сторожевой пес.

Времени оставалось все меньше, так что мы медлить не стали и сразу направились к старому дому Бенны. Местная знахарка жила на отшибе, хоть и внутри частокола. Её хата уже успела покоситься, соломенная крыша просесть, а небольшой садик перед домом – порасти бурьяном.