Пустошь

Второе вело в принадлежащую магу малюсенькую лавочку, где я или Айвен иногда продавали всякие безделушки. Лавочка была, по большей части, закрыта, да и люди знали, что за нормальными вещами нужно идти напрямую к магу. Но те же хлебные катышки иногда продавались, давая нам несколько лишних медяков, а самой лавочке — нормальное прикрытие.

Чуть подумав, я свернул в сторону лавки. Напавший на башню — чужак в нашем городе. Конечно, на мою защиту никто не встанет — ни городской совет, ни стража. Разборки магов — это разборки магов, и обычные люди в них не лезут.

Такое неписаное правило царит во всей Пустоши. Но и помогать меня найти тоже не будут. Разве что маг предложит совсем уж щедрую плату за поиск сбежавшего вредителя, поджегшего башню и утащившего из нее все самое ценное. В любом случае время для того, чтобы заглянуть к отцу и посоветоваться, у меня есть. Пока маг разберется в башне, пока поймет, что его надули, пока выяснит, кто и как это сделал... Несколько часов у меня имеется точно.

Выбраться в город у меня получилось без особых проблем.

В лавке нашлась вода, я умылся, почистил одежду и вновь начал выглядеть нормально для Хрустального. То есть потрепанным и пыльным, но в меру.

Забросив на плечо рюкзак, я с независимым видом вышел на улицу, неторопливо запер лавку, стараясь не привлекать особого внимания, а затем медленно и вальяжно углубился в хитросплетения закоулков, постепенно ускоряя шаг, но не срываясь на бег. Немного попетляв, вновь сбавил шаг, вышел на одну из главных улиц города.

.. И нос к носу столкнулся со спешащим куда-то Арбеном, старым приятелем отца.

— Рико, малыш! — крепко вцепился он в меня в то же мгновение. — Что там в вашей башне творится? Весь город смотреть идет! Что натворил старый чудак?

Арбен был одним из немногих, кто действительно хорошо относился ко мне, несмотря на то что я ушел из обычной жизни в жизнь магическую. Когда мы случайно пересекались в городе, мне всегда было приятно с ним поболтать, обсудить новости, узнать о делах отца, рассказать какую-нибудь байку про своего учителя.

Но вот прямо сейчас разговоры вести мне совершенно не хотелось.

— Привет, дядя Арбен, — через силу улыбнулся я. — Я же больше не ученик этого крысолюба. Прогнал он меня недели две назад — сказал, мол, не выйдет из тебя ничего путного, только в трактире и достоин пиво разливать. Но в трактир я как-то не собираюсь, вот, подписался с охотниками завтра с утра в пустыню идти. Им польза — я ведь кое-что умею, мне — опыт...