Другая сторона

Он замолчал.

– Спасибо за заботу, – поблагодарил я, а сам выругался про себя. В последнее время крепкие выражения идут со мной рука об руку. Я снова выругался.

– Выступаем на Гринд завтра! – объявила Сиризай и поднялась со стула.

Мы тоже, не сговариваясь, встали с лавок.

– Дом готов? – волшебница посмотрела на возникшую дверях эльфийку.

Нелюдь кивнула. Снова ограничилась безмолвным ответом.

– Всем спасибо! Все свободны! – довольная собой Сиризай хлопнула в ладоши. Она в очередной раз козырнула избитой фразой из реального мира.

Глядя на пребывающую в прекрасном расположении духа чародейку, я опять подумал, что ее настроение меняется в одно мгновение и в непредсказуемом направлении.

Мы вышли сначала из горницы, потом покинули дом волшебницы. Снаружи ждали орки и шестеро хобгоблинов Кедра. Первой спустилась с крыльца молчаливая эльфийка, потом Бормотун, я и Зара.

Кедр задержался наверху и подал своим людям особый знак, хотя мы не заметили в его движениях ничего необычного. Но руку даю на отсечение, что сигнал был.

Уж больно слажено люди Кедра взяли нас в кольцо.

– Пройдемте, господа, – усмехнулся старший спецназовец, он также спустился вниз. – Некрасиво заставлять девушку ждать.

Кедр указал на эльфийку. Она провела нас через несколько улиц к невзрачной низкой деревенской избе. Крыльца у этого дома не было. Первым внутрь вошли два хобгоблина, следом за ними нырнул в низкую дверь Кедр. Эльфийка ушла, а мы остались с четырьмя спецназовцами, если не считать множества крутившихся у избы неписей.

Если каким-то образом избавимся от следящих за нами людей Кедра, то как ускользнуть из села, переполненного воинами Сиризай?

– Джим.

Бормотун несильно ткнул кулаком в мое плечо.

– Спасибо тебе, Джим, – произнес бородач. – Ты это… Спас меня.

Я пожал руку друга.

– Ты спас меня и Зару в Мадервиле.

После крепкого рукопожатия повисло неловкое молчание. Что еще сказать? Я не находил новых слов. Бормотун смотрел куда-то в сторону, и я тоже глядел мимо него.

– Вы молодцы! Оба! – Зара повисла на наших плечах.

Девушка лучезарно улыбалась. – Мы живы! Это главное!

Колдун сумрачно зыркнул на Зару и вдруг заулыбался. Ему передалось настроение Зары. У меня тоже отлегло от сердца. Почему было так тяжко на душе? Не знаю, и прочь из головы дурные мысли!

Скрипнула дверь избы, наружу высунулся Кедр.

– Прошу! – старший спецназовец сделал приглашающий жест.

Мы переглянулись. Улучшившееся было настроение вновь отступило.

– Временная тюрьма ждет нас, – произнес я.