Наследник древней силы 1. Сын слуги

А теперь Вероника ещё возмущалась так, как будто я ей миллион должен.

Разумеется, я распрощался с ней и заблокировал этот номер тоже, надеясь, что доставать она меня больше не станет.

В воскресенье, как и было обещано, Николай собрал за ужином всех членов семьи, которые в настоящее время проживали в Великом Новгороде, а я ради такого случая даже надел свой единственный костюм.

Во главе длинного стола сидели Николай со своей молодой супругой. Рядом – я и Лёха. Среди родственников я заметил и строгую тётку, Светлану Ярославну и её братца, Ивана Ярославича.

А вот бабушки за столом не было, как не было и дяди Гены. Те, кто ещё не знали, кто я (а таких тут было большинство), с удивлением косились на меня, не понимая, почему слуга ужинает вместе с членами семьи.

От взглядов этих я чувствовал себя неуютно. Никак не мог привыкнуть к аристократическому обществу, более того, я обнаружил, что все эти чванливые особы вызывают у меня неприязнь, хоть умом я понимал, что и сам теперь – один из них.

Как только все собрались и приготовились есть, Николай поднялся и попросил минуточку внимания.

– Итак, дамы и господа, позвал я в этот вечер вас не просто так. Есть важное объявление, которое я, как глава семейства, обязан сделать.

Собравшиеся отложили столовые приборы и устремили взоры на Николая.

– Некоторые из вас знают, – продолжал он, – что у моего покойного отца кроме нас с Алексеем был ещё и третий сны, который от рождения не имел ни одного открытого энергетического канала.

В раннем возрасте мальчик в связи вышеуказанной причиной был изгнан из рода и с десяти месяцев воспитывался в семье Тарасовых. Но недавно произошло событие невероятное и весьма радостное для нас: у изгнанного отпрыска нашего рода всё же открылись энергетические каналы. В связи с этим мы приняли решение вернуть его в семью. Возможно, вы уже догадались, о ком идёт речь. Артём, поднимись. С этого дня Артём Тарасов объявляется членом рода и отныне носит имя Артём Эдуардович Востряков.

Я поднялся, и теперь собравшиеся ещё пристальнее уставились на меня, за столом послышался шёпот. Особенно удивлённое лицо было Лёхи – у него, казалось, ещё чуть-чуть и челюсть отвиснет.

– Прошу любить и жаловать, – продолжал Николай, – Артём, добро пожаловать в семью. Теперь уже официально, – он пожал мне руку.

Я опустился на стул. Те, кто сидел рядом и напротив, стали поздравлять меня.