Хроники Фильнии. Пробуждение тьмы.

Теперь ждем, когда гонец приедет, — с этими словами Трэйтор уселся на большую глыбу, которая лежала возле остатков полуразрушенной стены. Так его не было видно со стороны дороги. Сервус встал по правую сторону от Трэйтора, скрывшись за громадным валуном. Генри же, словно лисица ловко взобрался по камням на другую полуразвалившуюся стену и устроил там наблюдательный пункт в небольшой ложбине между камней.

Солнце скрылось среди огромных туч, лениво бредущих по небосводу. Если бы художник захотел написать сейчас пейзаж, ему было бы достаточно смешать черную и серую краски, да размазать на холсте.

Вдобавок ко всему поднялся ледяной пронизывающий ветер, с остервенением качая ветви деревьев. Генри, окоченевший и продрогший до костей, полностью завернувшись в плащ, спустился к Трэйтору.

— На, согрейся, — в его руке показалась черная фляга из кожи. Трэйтор, ежась от холода, взял ее и сделал пару глотков. Он почувствовал, как по телу стало расходиться приятное тепло. Он выпил еще и вернул флягу брату.

Генри подошел к Сервусу и протянул флягу, но тот отрицательно покачал головой. Генри не стал настаивать, сделав добрый глоток согревающего напитка, он вновь подошел к брату.

— Мы здесь уже два часа сидим. Если этот гонец не поторопится, мы тут все себе отморозим. Солнце скоро сядет, нам будет трудно что-то рассмотреть на дороге.

— Я думаю, он скоро появится. В любом случае у нас с тобой нет выхода. Надо ждать.

— А ты уверен, что эта фигура тебя не обманула?

— Мы обсуждали это.

Если ты не веришь или тебе стало безразлично будущее нашего рода, то можешь садиться на коня и ехать домой. Но знай, что я никогда тебе этого не забуду.

— Ох, Трэйтор, да прекрати ты, — сморщился Генри, не переставая дрожать. — Я верю, но здесь чертовски холодно. А на дороге никого не видно, кроме крестьян, везущих телеги из города. Может, гонец решил остановиться и передохнуть? Он наверняка так же замерз, как и мы.

В ответ Трэйтор смерил брата холодным взглядом. После этого Генри уже ничего не хотел говорить.

Он молча направился к своему наблюдательному пункту.

Дневной свет постепенно мерк, на город наваливались сумерки, унося очередной день в прошлое. Ночь, осенняя и холодная, обещала в скором времени накрыть темным покрывалом все живое. Именно в это время Генри послышался какой-то непонятный звук. Он немного приподнялся и напряг слух. Точно. Ветер доносил со стороны дороги звуки, очень похожие на топот лошадиных копыт.