Хроники Фильнии. Пробуждение тьмы.

— Тише-тише, — продолжил лепетать маг, пытаясь успокоить испуганную девушку. — Мы не желаем тебе зла. Рагнер, лучше отойди. Не пугай несчастную.

Рагнер и сам уже бросил незнакомку, которая билась у него в руках. Отойдя на пару шагов, он остановился рядом с Лестером. Девушка, словно дикий зверь, загнанный в угол, вскочила и попятилась, не выпуская из вида двух путников.

— Послушай, — заговорил Рагнер, — мы не причиним тебе зла. Тебе не стоит нас бояться. Мы хотим лишь помочь.

— Кто вы такие?

Прядь каштановых волос ниспала незнакомке на глаза, и она попыталась ее сдуть, но та непослушно вернулась на прежнее место.

— Мы два мирных путника, которые едут на юг. Меня зовут Рагнер, моего друга — Лестер.

— Мы ехали по этой дороге и случайно наткнулись на телегу, — вступил в разговор маг. — Мой друг решил, что это западня, а я подумал, что на кого-то напали разбойники и, возможно, тут остался кто-нибудь в живых и нуждается в помощи. Поэтому мы осмотрелись и обнаружили тебя. Как тебя зовут?

— Виола, — ответила девушка.

— Что здесь случилось, Виола?

Девушка немного расслабилась, хотя по-прежнему смотрела на Рагнера и Лестера недоверчиво.

— Мы с отцом возвращались из «Двух ручьев» домой. Когда въехали в лесную чащу, на нас напали разбойники. Они требовали деньги, которые мы выручили за продажу трех коров. Но мой отец не собирался расставаться с нажитым добром. Он у меня не из пугливых, а потому отказался что-либо отдавать.

— Очень разумно с его стороны, когда едешь вместе с молодой дочерью, — саркастически заметил Рагнер.

— Из «Двух ручьев»?

— Да, так называется деревня. Она располагается неподалеку от устья двух ручьев. Поэтому ее так и назвали.

— Так, значит, завязался бой? — спросил Рагнер, перед этим многозначительно глянув на мага.

— Да, мой отец попытался отбиться, но у него ничего не получилось, — при этих словах в глазах Виолы блеснули слезы, а голос, звучавший до этого уверенно, дрогнул. — Они убили его и отобрали все деньги.

— А что с тобой произошло? — вновь спросил Рагнер; он снова принялся подозрительно осматриваться по сторонам.

— Меня ударили по голове и… и…., — тут у Виолы слезы покатились градом по щекам, она начала безудержно рыдать.

Рагнера же это нисколько не тронуло. Напротив, он медленно отошел подальше от повозки и положил ладонь на рукоять меча. Как бы ни была трагична история, которую друзья услышали, было три странных обстоятельства, которые ни от Лестера, ни от Рагнера не ускользнули.