Самое древнее зло II. Надежда Мира

Чёрная капля солярки и других жидкостей, типа масла и воды, висели отдельно, словно планеты.

Мои воображаемые пальцы уверенно перебирали детали, соединяли их друг с другом заклинаниями. С времён создания Старого Мельника я освоил намного больше действий, чем стандартные для слоггеров «Соединение», «Движение» и «Распознавание».

Например, добавил «Единение», которое повышало живучесть составных частей моего конструкта. При попытке уничтожить его он мог восстанавливаться за короткое мгновение. Я поставил каждой детали по два «Единения», если говорить игровыми терминами, это дало ему две дополнительные жизни.

Ещё добавил «Речь», «Взгляд» и «Ненависть». Они должны придать дополнительный психологический урон атакам конструктов.

Слепив из этих деталей робота, похожего на десептикона из «Трансформеров», я дал ему имя — Маленький Мститель — и выпустил в мир. И тут же начал творить второго робота, раскидав его воображаемые запчасти в пятне света.

Человекоподобный магический робот бросился в битву с танками.

Создавая его, я, конечно, сохранил все орудийные башни. Из них, собственно и состояло его тело. Вращая башнями на триста шестьдесят градусов, Маленький Мститель ринулся на танки противника, стреляя и громогласно вереща:

— Ваша сила станет нашей! Сдавайтесь или умрёте!

Это работала «Речь».

— Ты, боец, стой! — Маленький Мститель указал металлическим пальцем, созданным из моторного поршня, на молоденького халидейского воина, который дрожащими руками пытался навести на моего робота винтовку.

— Ты боишься. Твой страх тебя спасёт. Бросай оружие и уходи с миром.

Это работал «Взгляд», позволяющий неодушевлённому конструкту выделять индивидуальности среди врагов и обращаться к ним с помощью «Памяти».

Но боец зачем-то выстрелил. Пуля высекла искру из стальной башни конструкта.

В Маленьком Мстителе сработали «Ненависть» и «Жестокость». Он сжал металлические пальцы в кулак — блестящие поршни зашипели, разбрызгивая масло.

С грохотом кулак опустился на бойца, который даже не стал перезаряжать винтовку или бежать, а покорно ждал смерти.

Искорёженная ударом винтовка, вращаясь как бумеранг, отлетела на десяток метров. На месте солдата осталась выбитая в бетоне яма.

Я отвёл взгляд от этой сцены, чтобы во мне не родилась жалость. Страдающие от эмоций маги тратили больше сил на игру на магических струнах.

Если на Маленького Мстителя ушло всего три танка, то на следующего робота я затратил сразу двадцать.