Даркут: великий перелом

На нем были светлая рубаха, шерстяные штаны и халат из шкуры овцебыка. У изголовья острый халади в ножнах, лук и колчан со стрелами. Юноша выдохнул пар, потянулся, встал, вышел из кибитки к ручью ополоснуть лицо.

Кибитка стояла на склоне горы. Вокруг высился сосновый лес. За толстыми стволами и зелеными ветками начиналась непроходимая темная чаща. Каждый год Ахрам приводил стадо гауров на пастбища Ируанских гор.

В середине лета внизу, на равнинах, трава быстро выцвела под беспощадными палящими лучами Тэйанга и Амай.

Даркуты гнали стада на горные пастбища, богатые сочной травой. Каждому племени каан определял участок. В этом году злой колдун, подосланный чужестранцами, зачаровал каана Линха. Племена начали вражду. Горное племя румни, к которому принадлежал Ахрам, пока осталось в стороне от дрязг. Юноша, как обычно, пригнал две сотни гауров в ущелье Ништван.

Ахрам был молод, пять лет назад завершил обучение в Иргилэ. Высокий, стройный, черноволосый, густые брови сходятся на переносице. Лучший стрелок из лука во всем тэйпе.

Он умылся ледяной водой из ручья.

В горах только начало светать. Воздух из-за ночного дождя был пронзительно чист. Окрестные горы и сосны окутал туман, а взойдут светила, и он рассеется без следа.

Ахрам отправился обратно к кибитке, когда из загона послышался рев гаура. Протяжный, встревоженный, он прокатился по ущелью и затих внизу, где шумела быстрая горная речка. Это ревел вожак стада, крупный жеребец по кличке Каменное Копыто.

Юноша остановился и прислушался. Каменное Копыто — спокойный гаур.

Он не будет реветь просто так. Ахрам вернулся в кибитку и взял оружие.

Осторожно пошел к животным.

Гауры содержались в открытом загоне. Вокруг ограда из деревянных перекладин. Ахрам подошел, держа лук наготове, посчитал гауров. Все на месте, никто не пропал.

Юноша закинул лук за спину, перелез через ограду, не желая идти до прохода. Подошел к вожаку посмотреть поближе. Протянул руку, чтобы потрепать по гриве, и застыл на месте. Гаур устало фыркнул. Что за диковина? Каменное Копыто весь взмыленный, будто за ночь сотню фарсангов скакал.

— Чего уставился, будто первый раз увидел? — спросил знакомый голос из-за ограды. — Следи за скотиной, а то на ней кто попало ездит.

Это был Оспан, тоже пастух из румни. Пожилой и годный только для присмотра за овцебыками. Как-то во время охоты он случайно наткнулся на мегатерию, а та оторвала ему руку и разодрала когтями лицо. Теперь обезображенный шрамами даркут пас стада соплеменников.