Миражи Хаоса

К концу войны ни своих, ни чужих «хозяев» не осталось, как и их технологий отладки-обучения клонов. А потому большая часть народившихся с тех пор крейтов изначально разумом не обладала, их вели лишь инстинкты и приказы номеров. Когда тем до клонов было дело. Вот и 741-й прошел долгий путь от безымянного до середины третьего порядка: осознал себя, взял под контроль врожденную жажду бросаться на любого носителя продвинутых тканей, прибился к Убежищу, став из простого «дикого» — «клоном», доказал свою разумность и заслужил свой первый номер в самом конце четвертого порядка.

И все это практически без поглощений. Хотя, судя по тому, как милостив к ним Создатель Укрытий, сегодня ему что-то да перепадет. Причем из А-класса…

В ожидании решения змееящер многократно пересмотрел отчеты по донорам, изучая каждого. Большинство носило медальоны третьего-четвертого уровней. Улучшенные кости, улучшенные связки, доработанный мозг и бог весть что еще, даже у самых младших. О том, что могло выпасть с семнадцатиуровневого монстра, номер даже фантазировать не пытался, сразу теряя контроль над хвостом.

За всю историю Убежища к ним попало всего три подобных существа, поначалу представившихся разведчиками или посланниками Совета Старших, а еще Игроками. Каждого из них бережно исследовали, разобрали на составляющие и раздали достойнейшим.

Позже изредка приходили глупые создания, называвшие себя проводниками и торговцами. Жалкие подобия первой добычи.

Пытались продавать всякий хлам, не понимая, что единственным достойным внимания товаром были только они сами. Точнее, их улучшенные божественной силой органы.

72-й придумал и отладил гениальную в своей простоте схему. Они не трогали некоторых «торговцев», добравшихся до их Убежища. Даже слегка расчистили от дикарей подходы к своей территории и обменивали приносимые условно полезные товары на с трудом собранные ресурсы. Пощадили одного, другого, третьего, пока, наконец, не разнеслись слухи среди Игроков и не хлынул тонкий ручеек новых «проводников».

Куда менее удачливых. Кому-то по-настоящему везло, и его отбирали в качестве примера для подражания и объекта зависти, а по сути — приманки. Кто-то, чуть менее везучий, по пути погибал в бою с дикими или случайно столкнувшись с редким наследием «хозяев». Но большая часть оседала в хранилищах, служа бесконечным источником органов, пока сила бога не призывала их обратно.