Грань

Долго стоял, рассматривая пустоту арены, песчаные наплывы, следы чьих-то стремлений и отчаянного желания жить. Тянулись минуты, часы… Подходил Шарет – постоял рядом и удалился, непонимающе пожав плечами.

К ужину Михаил вернулся в камеру. Молча расправился с пайкой и устроился в углу - в надежде на быстрый сон без сновидений. Краткий миг забытья, принадлежавший только ему…

-Корноухий, - достиг Михаила осторожный шепот. Сквозь полудрему он попытался вникнуть в происходящее.

Рядом восседала довольная Дзейра, баюкая на руках угловатый сверток. В далеком разрезе окна колыхалась предрассветная серость.

-Чего тебе? – насторожено спросил он, приподнимаясь и испытывая определенные опасения касательно свертка.

-Заметь, Корноухий, я не спрашиваю зачем тебе это. И не ставлю под сомнение твою нормальность…

-Я заметил, - подтвердил Михаил. Любопытство взыграло не на шутку. – А теперь может покажешь, что это?

Жестом умудренного опытом фокусника Дзейра развернула сверток.

На ее руках волшебным видением возникла лампа и кожаный бурдюк, запечатанный сургучом. Михаил закрыл глаза. Подождал мгновение и вновь посмотрел. Видение имело тенденцию к устойчивости. На лице женщины расцвела довольная улыбка.

-Лампа с магическим поджигом и мех, наполненный сейбином… Каково, а? – горячо шепнула она.

-Объяснись, - осторожно попросил Михаил.

-Роми, - Дзейра чуть напряглась. – Ну чего куксишься? Я спросила, она без вопросов достала… Долг, знаешь ли, обязывает.

-И как много яроттцев знает об этой посылке?

-Да ни одного, - категорично ответила женщина. - Тот пухлик у Роми чуть ли не с рук ест… Доверяет значится. С ее слов – она умыкнула лампу из кладовых запасов пока его ждала. Вынесла лампу, когда яроттцы уделались в хлам и выпнули Роми обратно. Как тебе такой вариант?

-Положительно. – Михаил прищурился. Он хотел, чтобы это было правдой.

Сильно хотел… Так быть по сему. – Ты ждешь объяснений?

Дзейра независимо и гордо отстранилась. Хочешь – говори, не хочешь, тоже пошел на хрен.

-Я собираюсь поджечь сточный канал и посмотреть, что будет.

-Ну я же говорил, - прозвучал сдавленный шепот Труга. В сумраке дрогнули неясные тени у стен.

-И кто еще не спит? – спросил Михаил в пространство.

-Ты давай, не умничай, - потребовал гном. – А то мне как-то не по себе.