Крысобой 2. Еретик

У орков, оказывается, есть тайный посол при дворе Марчеса Второго. Тогда понятно, почему они так быстро договорились.

— Вы готовитесь к войне? — задал я следующие вопросы. — Собираетесь напасть на Корханес? Когда, где, сколько бойцов?

Либо он просто не в курсе, либо очень хороший актер. Изобразить такое неподдельное удивление далеко не каждый сможет. В то, что орки не готовятся к войне, я не верил.

Но Хвин утверждал, что ни о какой войне Тошипур даже не помышляет. По крайней мере, до тех пор, пока у нас такое преимущество в вооружении.

Они там, в своей лесной чаще, прекрасно знали, какая участь постигла казарбов. По его уверениям, орки даже против степняков не рисковали выступать, хотя у тех были менее мощные арбалеты.

Что тогда говорить про нас, если мы двадцать тысяч казарбов уничтожили за день?

С одной стороны, похоже на правду. Но я еще в прошлой жизни научился никому не верить. А в этом мире полно коварных и злобных типов. Все только и ждут удобного момента вонзить нож в спину.

Поэтому перевешивало то, что было с другой стороны: наглое вторжение вглубь нашей земли, чтобы найти и похитить Трогера.

— Какое звание у Куцы? — спросил я.

— Он тайный советник с недавних пор, а раньше служил в разведке.

Хвина я решил оставить в покое. Никуда он не денется. Марвин налил полный стакан воды и дал ему выпить. Тот что-то пробормотал неразборчиво, но я его уже не слушал и направился к выходу. Марвин надел ему на голову мешок и закрыл дверь на засовы. Посмотрел в глазок и присоединился ко мне.

— Как тебя зовут? — еще раз спросил Марвин.

Но этот орк имел все основания гордо называться тоширунгом. Он держался с достоинством и даже вызывающе, но не произнес ни слова. Клыки у него были аккуратно подпилены. Наверное, это мода такая. Глаза, можно сказать, как у человека. Даже лапы похожи на нормальные ноги. Правая была перевязана в колене, повязка набухла от крови. Кровь у орков тоже красная.

— Марвин, налей ему воды, — сказал я и придвинул табурет.

Сел прямо перед орком и смотрел, как он пьет. Потом Марвин снял боевые перчатки и размял пальцы. Покрутил головой.

— Крепкий, зараза, — сказал он и отошел подышать к маленькому окошку под потолком.

— Куца Амут, ты можешь молчать, сколько влезет, — сказал я. — От тайного советника я другого и не ожидал.

Тоширунг дернулся. Он понял, что Хвин раскололся. Куца сверкнул глазами в сторону Марвина, но тот лишь усмехнулся.

— Это же был простой вопрос, — сказал он.