Северными тропами

- Юрий Владимирович, не из чистого ли железняка дорога? - поинтересовался Воронов.

- Нет, что вы, - притворно огорчился геолог, - базальт с гранитом, что под ногами было, то и поднял.

- Эх, как жаль, - в тон ему ответил собеседник, - вырастили бы рельсы, от самой Кандалакши до озера, мы бы сели в вагоны и прокатились с ветерком. Песня.

- Эк вы хватили Николай Николаевич, - вступил в разговор Романов. - "ежели"да "кабы" хорошо, да ненадежно.

Какое-то время спокойно ехали, молча покачиваясь в седлах в такт неторопливой лошадиной поступи.

Неожиданно конь споткнулся, Романов тихо выругался.

- Смотрите, что это такое! - удивленно воскликнул Воронов.

Тропа таяла на глазах, будто кусок сахара в горячей воде. Сенкевич вытянул руку и закрыл глаза сосредоточившись. Камни стали восстанавливать форму, но стоило только перестать питать их силой, они тут же рассыпались, будто их и не было. Повисло тревожное молчание.

-Похоже, здесь силы нужны не чета нашим. Не тратьте энергии понапрасну.

- Илья Андреевич, вы ведете нас к берегу кратчайшей дорогой.

Юрий Владимирович, следите за тем, чтобы мы не свалились в какую- нибудь яму. А мы с Николаем Николаевичем будем вокруг смотреть. - Распорядился Романов.

- И да, если что, то дальше без церемоний, ни к чему они.

Пекка поднял руку, призывая к молчанию, все затихли, а проводник настороженно прислушался, потом как-то поник и неуверенно тронулся в путь. Обонин еще раз уточнил направление до берега, как раз в нужной им стороне ориентиром росла приметная кривая береза, поэтому пока двинулись к ней.

Шли не спеша, но и не задерживаясь без особой нужды. Возле березы остановились, Илья принялся искать новый ориентир, чтобы задать нужное направление, как понял, что берег находится немного в другом направлении. Списав это на ошибку восприятия, он внес коррективы в направление и, выбрав новый ориентир, все двинулись дальше.

Между тем, все молчали, напряженно вслушиваясь и вглядываясь вокруг. Перед глазами Ильи сгустилось какое-то марево, воздух дрожал как над раскаленной поверхностью, искажая видимость.

Все краски будто выцвели, оставив вместо себя разновидности серого. Он тряс головой, пытаясь вернуть ясность зрения, на какое-то время это помогало, а потом все начиналось заново. У следующего ориентира, берег снова оказался не в той стороне.

- Ничего не понимаю, - устало выдохнул Илья, - берег ушел в другую сторону.

- Как ушел? - переспросил Воронов.

- А так, как живой.