Повесть о Белом Змее

И всё это время по соседству работала печать-регистратор. Нормальная практика – Орочимару вообще никогда не выключал это полезное дополнение к лабораторным журналам, просто стирал ненужные части записи. Что поделать – своей первой фуин он по сей день немного гордится, ку-ку-ку… В этот день никаких опытов не проводилось, так что записи можно было просто удалить, но он их по привычке просмотрел. И удивился – на записи присутствовали четыре источника чакры. А ведь Сасори-сан как раз был на задании! В гостевой комнате негде было укрыться, а значит – иллюзия.

Канчи фуда обмануть не сложнее, чем генина – но технику надо обманывать иначе чем людей. И для начала вообще знать о её присутствии – а печать он нанёс чакрой во время одного из обходов лаборатории. И точно так же установил связь с компьютером-регистратором, когда завезли оборудование. Только-только осваивался после изгнания, знаете ли, накатывали приступы скрытности и подозрительности… паранойя для шиноби – не болезнь, а добродетель!

Следующий день Орочимару провёл в медитации.

Учёный в мире шиноби обязан уметь работать с памятью – ведь его самый чуткий и хорошо настроенный инструмент он сам; да и опыты нередко приходится ставить на враждебной территории и в полевых условиях. Так что Белый Змей раз за разом вытаскивал каждую секунду прошедшей встречи и анализировал её. Результаты… удивили. В его памяти не было ничего, указывающего на присутствие Четвертого, даже постфактум не удалось выделить никаких нестыковок, свидетельствующих о «стёртом» свидетеле. В то же время, анализ микродвижений Нагато (в тот день он пришёл лично) свидетельствовал – он видел «невидимку» и признавал его право. Конан… тревожилась. Скорее всего, она просто была слишком чувствительна к поведению своего друга, но сама ничего не заметила. Самым интересным объектом был он, Орочимару. Свои органы чувств он уже несколько лет как, в самом начале работы над химерами, слегка усовершенствовал, а природу своей чакры начал менять ещё в Конохе – и теперь большинство гендзюцу на него просто не ложились, остальные распознавались почти что влёт. Разве что при столкновении с пробудившими три томоэ Учиха возникали проблемы, что приводило к одной мысли… шаринган. Легендарное додзюцу наследников сына Рикудо-сеннина. Считается, что его носители на голову выше всех остальных в работе с иллюзиями – мнение, которое до сего дня он считал неподтверждённым. Пока не столкнулся с «невидимкой».