Голован

Дед расчувствовался до жути. Прямо при Шоймаре обзвонил нескольких былых светил, убедил помочь экспедиции, чем можно и нельзя. Напоследок прослезился, обнял Жужа как родного:

– Чувствую, недотяну до вашего возвращения, сынок. Недотяну, до торжества истины, до победы знания над невежеством. Но ничего, еще вспомнят старого Капу, еще возложат цветочки.

– Ну что вы, что вы, – аккуратно похлопал его по плечику Шоймар. – Академия еще ниц упадет, когда мы с вами уточним данные.

Жутко подумать, что случится, если мы все же вернемся, а дедок так и не отправится в вечное путешествие к Мировому Свету.

Как оправдается Шоймар, если настоящие цели похода другие?

На приеме у Ярчи Дельхерта, Шоймар для завязки беседы пододвинул тому для автографа старую монографию. Динозавр палеонтологии тут же разомлел. Еще бы, экземпляров сей макулатурной редкости наклепали всего-то штук тридцать, и почти все обратились в пепел, совместно со старой столицей. Где уж Шоймар ее добыл, то одному Выдувальщику Мира известно.

Прежде чем подписывать Дельхерт, трясущимися пальцами листал, любовно гладил страницы, иллюстрации впитывал. Тут-то Жуж его и поддел, как щуку.

– Знаете, – говорит, – я вот подумал, что уезжаю надолго. Мало ли, что может стрястись. Не только с нами, а вообще. Книгу эту любимую, я с собой, разумеется, не потащу. Может, уважаемый профессор, вы ее у себя покуда похраните? Только подпишите все-таки. А я возвращусь – вернете тогда.

Воистину неизвестно, откуда Шоймар знал, что у старика при эвакуации его собственный экземпляр действительно пропал.

Так что ихтиозавр науки насадился на крючок, что называется с радостью. А после того, как Жуж с придыханием посюсюкал с дедом о мезозойских рептилиях, особенно о теории Прасущетва, и о том, как из него все поотделялось, у аудиторного археоптерикса просто в зобу дыханье сперло. Ну, и разумеется, по откровениям Жужа, главной миссией экспедиции будет выявление доказательств когда-тошнего существования Прасущества. Только с помощью новых, прогрессивных методов. Ярчи Дельхерт тут же накатал Шоймару сопроводительную бумагу.

Попал Жуж и к Боцу Жолю. Этот биолог был помоложе, но выглядел не лучше древних монстров. По слухам, во время Большого Махания Атомными Дубинками он попал под подозрение, оказался в лагере для перемещенных лиц. Там он подорвал здоровье, но зато спасся от нахождения в ядерном пожарище столицы, когда на нее вывалилась сверху первая шестерка зарядов.