Бессмертный. Книга 1

Только вот этот «ваш народ» себя уже почти столетие как не считает себя таковым. Они наши слуги, наши подчинённые! Семьдесят лет назад мы заключили с ними договор, по которому деревня признаёт нас своим правителем, платит «налог», а я их защищаю от напастей.

- И тем не…

- Молчать! Мы сейчас говорит! Мы дал деревне сободу и безопасность! А где был ваш немощный король? Куда смотрела его всесиииильная магия? Где была ваша мана, когда этим ведьмам нужно было не так много, лишь пара людей с мечами, да сойдут даже с посредственными навыками, чтоб о местных монстров не убиться.

Кто им это дал? Мы это дал! Твой король лишь шарлатан. А раз в пять лет отдать мне девчонку, не старше двенадцати зим, так не такая большая плата за безопасность.

Кош не мог сдерживать себя. Рука уже долгое время держалась за рукоять меча, но он заставлял себя сдержаться.

- А знаешь, что самое приятное в этом? Когда старшая из них впервые ведёт новенькую ко мне на ночь. Даже представление о том какие чувства она испытывает, когда осознаёт, что теперь она идёт ко мне не как игрушка, а как соучастница сего прелестного действа.

Герцог не унимался. Его и без того уродливое лицо стало ещё отвратнее, будучи искажённым похотью. Он тяжело дышал, извергая описания своих мерзких мыслишек и фантазий.

- А знаешь, что самое забавное в этом? А мы скажет! Когда они, пытаясь отсрочить поход, пихают кого-то кто слабее всех. Сперва из-за уродливых ног мне была противна бедная-бедная маленькая ведьма. Но каждый раз, когда мне хотелось, присылали лишь её.

Первое время я хорошенько метелил эту дуру Сантару за то, что она присылала эту убогую. Но она убедила, что пилюли из моего яда хорошо действуют только на неё, а со временем и сама девчонка стала хороша.

Из пасти герцога ручьями лились слюни.

- Какое же у неё в те моменты было лицо, не каждый суккуб такое изобразит! Ах-ха-ха-ха-ха! А главное, что из множества ночей она считает, что посетила лишь несколько, когда по пальцам руки можно счесть, сколько не посетила! Ну не смешно ли?!

От услышанного никто в комнате не остался равнодушным.

Ленга сидела, понурив голову и шептала проклятия в свой адрес, на лице Ранги отразилась смесь из ужаса, отвращения и отчаянья. Слушая обо всём, что пережила Яга она словно сама по уши окунулась во всю эту грязь. Из её глаз потекли слёзы. Впервые в жизни Ранга жалела Ягу, впервые в жизни не проклинала эту мелкую девчонку, что все жалеют, впервые хотела обнять так ненавистную ей ведьму, что не могла колдовать.