Огромный черный корабль

Лумис знал о его феноменальной памяти, но всегда продолжал удивляться, наблюдая это наяву.

– Все, – отметил Старик поднимая веки. – Можешь уничтожать.

Лумис собрал прочитанную пачку пластин, в ней было листов сто, не меньше, и провел поверху маленьким плоским прибором, стирая верхний слой информации. Затем он положил ее обратно в саквояж, теперь внутри были простые деловые бумаги, зато в голове Радлифа Тоу уже созревал план устранения господина Гуррара. Начало было положено, механизм включился.

Очень скоро, в центральных газетах на первой полосе, Лумис надеялся прочитать о скоропостижном окончании карьеры одного из рук-щупалец имперской машины подавления и слежки.

В этот момент снова раздался мелодичный звон и замерцал малиновый плафон. Конспираторы насторожились.

– Кто там, Маарми? – Радлиф Тоу хотел встать, но подавил порыв.

Он нажал какую-то клавишу в подлокотнике кресла. Когда темная пластиковая штора ушла вверх, они увидели за окном разворачивающийся трехосный электро-броневик.

Двое солдат в униформе двигались к дому, а значит около дверей был еще кто-то.

– Это «патриотическая полиция»! – крикнула из прихожей Маарми.

– Открой внешний люк и задержи их в прихожей, – бросил Старик, вскакивая с кресла, с удивительной для его возраста прытью. – Лумис, за мной.

Они влетели в соседнюю комнату.

– Старик, сегодня меня сопровождал хвост, – абсолютно спокойным голосом сообщил Лумис. – Я убрал его.

Радлиф Тоу на мгновение замер и посмотрел на товарища удивленным взглядом.

– Почему ты сразу не предупредил? О, Великий Эрр, ты действуешь вначале руками, а потом головой.

– Мне казалось, я проделал все чисто. Я просто не успел подробно доложить.

Радлиф Тоу уже открыл камеру товаропровода. Товаропровод был мощный, доступный только людям с большим достатком.

– Я думаю, ты поместишься в контейнере. Полезай. Оставь чемодан, я отправлю его следующим рейсом.

Тоу быстро отстучал на клавиатуре код, пока Лумис с трудом втискивался в стальную капсулу.

Когда где-то на спине завинчивалась крышка, Лумис подумал о восьмикратном ускорении без спасительной мягкости газолита.

А на пороге уже велась беседа.

– Пусть солнцеликие боги будут благосклонны к хозяину дома, – самоуверенно улыбаясь широким ртом, отчеканил лейтенант «патриотической полиции», оценивающе уставясь на бледную Маарми. – Долго заставляете ждать. И не отвечаете на приветствие.