Огромный черный корабль

Ну, надо же, что предложил: теоретически рассмотреть возможность ведения войны без ядерного оружия. Ой, рассмешил.

Поднимаясь в индивидуальном лифте, министр все еще улыбался. Он перестал улыбаться только когда зазвонил телефон. Обычно никто так поздно его не беспокоил. Улыбка совсем пропала, когда он понял что звонит: звонил, подпрыгивал на столе от нетерпения, красный телефон. Дрожащей рукой, моментально вспотев, министр Науки поднял трубку:

– Слушаю, Вас, Ваше Величество.

– Так, э-э, – сказали в трубке. Они были знакомы с говорившим очень долгое время, но тот опять запамятовал его имя. Министр подсказал.

– Да. Так вот. Подумайте там, у себя в министерстве, о таких вопросах. Первое, возможности ведения войны без ядерного оружия.

Министр Науки похолодел, он заподозрил чьим выдвиженцем являлся тот, кого они в спешном порядке, волевым решением, сняли с должности без всяких проволочек.

– Второе, вероятность ведения чисто оборонительной войны.

Министр открыл рот, челюсть его отвисла.

– Третье, прикиньте, с какой стороны подойти к задаче, заключения между нами и Республикой всеобъемлющего мирного договора.

У министра поплыло перед глазами, он наклонился проверить, с того ли телефона снял трубку, оказалось с того.

– И еще одно дополнение к последнему: нужно особо подработать взаимное запрещение на боевые действия на суше, включая не только материки, но и острова; на воде, охватывая всю толщу океанов, морей, озер и рек; в воздухе, имея в виду всю среду, вплоть до ионосферы и далее.

Министр лишился сознания, или ему просто хотелось этого. Он очнулся лежа животом на столе. Телефон еще говорил.

– Вам все ясно, э-э? – министр подсказал. – Срок, примерно три-четыре недели.

Министру стало легче. Телефон отключился. И все-таки конец карьере, подумал министр Науки водружая трубку на место.

Вся жизнь, вся его долгая, счастливая трудовым подвигом жизнь насмарку. А если Республика согласится? Куда тогда девать все институты, занимающиеся разработкой всего того что нажили? Всего что накопили?

Внезапно он побледнел и тут же покраснел, скакнуло давление. Господи, Великий бог Эрр, как он мог поверить – совсем старый стал. Разучился читать между строк.