Спаситель. Книга 3

- Иди…

Брошенный на Сульдэ фанатичный взгляд, полный преданности и безграничного уважения поклон и Солтанай тоже исчез за пологом шатра.

Миновав стражей у шатра, молодой мужчина быстро огляделся. Тот, кто был ему нужен, шел в окружении своих телохранителей в сторону своего шатра.

- Где этот бездельник? Я голоден, - Даданджи кому-то что-то выговаривал, яростно жестикулируя. – Найдите его! Или он отведает плетей.

Тут вдруг он резко остановился и начал что-то пристально высматривать под своими ногами.

Шестерка сопровождавших его телохранителей сразу же встали вокруг него плотной коробочкой.

- Ха... Настоящая гора, - Солтанай тоже замер, притаившись за одной из палаток. - Огромная, достающая своей вершиной до небес, - он мог бы поклясться чем угодно, что в этот самый момент слышал в голосе кади настоящее восхищение. - Ха-ха-ха-ха, а я запросто перешагну через тебя! - и Даданджи, продолжая бездумно хохотать, через что-то перешагивает.

- Ха-ха-ха. Вы видели? Видели? Я перешагнул через целую гору..., - и он снова замирает, словно прислушивается к чему-то. - Проклятье! Я голоден! Ну, если этот недоносок ничего не приготовил... Я спущу с него шкуру. Плетьми!

Мужчина что-то бормоча снова двинулся в сторону своего шатра, выкрикивая угрозы и оскорбления в адрес какого-то своего слуги. Однако, внимательно вслушивавшийся в этой подчас несвязное бормотание, посланец Сульдэ обратил внимание еще на кое-что.

- … И где эта лекарская крыса? - у пустоты спрашивал Даданджи, уже исчезая в своем шатре. - Что за снадобье он мне дал? - осторожно придерживавшие его за локти телохранители, что-то пытались ему отвечать, но кади все порывался куда-то вновь идти. -Где он, я спрашиваю? … О, как же я хочу спать... Ну и...

После некоторой возни из шатра вышло двое бессмертных и, встали у самого входа. Остальная четверка разошлась по периметру шатра, где и застыла неподвижными статуями.

- Похоже, ловить здесь больше нечего, - прошептал Солтанай, внимательно вслушиваясь в окружающие звуки. - Так надраться можно лишь от пулькэ. Но почему я ничего не чувствую?

Пулькэ, крепкий шаморский самогон,оставляла за собой настолько резкий сивушный запах, что не почувствовать его было просто невозможно. Солтанай же ловил носом лишь запахи военного лагеря — вонючего пота, горьковатого дыма костров исыромятной кожи.