Ацтлан

Уж не знаю, кем она приходится, но наверно местная лекарка или медсестра.

- Подрались? - желваки у мужчины медленно заходили, - ты сбежал?

- Нет. Одному сломал руку. Другой неудачно упал, сломал ребро, - чуть подумав добавил, - или два.

Настроение у мужчины явно не улучшилось от таких успехов. Цвет лица и так был почти кирпичного цвета, а тут потемнел сильнее.

- Я посмотрю, что там Ночтли, - женщина осуждающе покачала головой, - Оллин , где дрались?

- С той стороны рощи, - я ткнул пальцем, откуда пришел.

Та, кивнула и решительно зашагала по тропе.

- Пошли, – недовольно, едва разжимая зубы, сказал Ночтли. Слова казались выходящим сипом, - нас ждут дела.

Развернувшись, решительно зашагал к соседней роще, не сомневаясь, что я последую за ним. Вздохнув и гадая, что там будет, пошел следом. Все ж таки слишком мало информации дал мне чертов божок. Оставалось только следовать за Ноксли, помнится, так его назвала женщина, пока не разберусь, что происходит.

Миновали пару небольших, аккуратно ухоженных рощи.

Большинство деревьев в них явно были одного вида, если за одинаковость считать широкие листья и довольно гладкую коричневатую кору. Кроме этого на них висели желтые и бордовые плоды напоминающие орехи, размером в немаленький такой кулак. Пройдя по тропинке, посыпанной мелким камнем, вышли к полям или к чему-то похожему. Здесь все было, как-то иначе, непривычно. Поля располагались ярусами, разделенные каменными стенками, опускаясь все ниже к деревни. На многих из них работали местные в белых рубахах. Спустившись на пару ярусов по грубо сложенной каменной лестнице, зашли на поле. По центру бежал ручеек, втекая вкопанную бочку, похоже сделанную из глины. Из нее вода бежала дальше, водопадиком летя на следующий ярус.

- Бери мотыгу и делай гряды для ботата, - хмуро сказал Ночтли, чуть растягивая слова, даже не взглянув на меня.

Взяв лежащую тяпку, с более коротким, отполированный временем и руками черенком и большим широким лезвием, зло посмотрел.

- Долго тебя ждать? Гряды сами не сделаются.

Подобрав такой же инструмент, присоединился к работе. Тяпка была непривычной и довольно тяжелой. Согнувшись, попытался грести, копируя Ночтли. Но судя по его недоуменному взгляду, получалось не очень. Но он лишь свел брови и молчал. Чуть расслабившись, оставив попытки тяпать, и тело привычно вошло в ритм. Вбивание лезвия в землю, наклон, разбивка комков и сгребание. У меня улетучились все мысли, погрузившись полностью в этот процесс.