Разведка боем

И нужно всего-ничего, облить его чем-нибудь горючим, чтобы не погасло ни при каких условиях, и сжечь к чертовой матери. Вот только как это сделать?

— Ну, тут все просто, эльфы ведь не вышли из лабораторий древних химерологов. Это у кого-то из демиургов оказалось скверное чувство юмора.

— Да уж, — внезапно мелорн зашевелился более интенсивно, чем привлек мое внимание. Почему он так возбудился? Кто-то зашел на его охотничью территорию? Но кто? И не надо ли каким-то образом спасать бедолагу? — А как его можно сжечь?

— Да очень просто.

Облить несгораемым магическим маслом, которое в бездымных факелах находится, и поджечь. Можно даже простым кремнем и кресалом огонь добыть, это непринципиально, лишь бы в масле было достаточно энергии, чтобы древо успело сгореть. Ну и, думаю, что лучше всего, чтобы оно в этот момент кого-нибудь ело. Да, и корни желательно подрубить, прямо от ствола, видишь, они все до единого возле чрева немного выступают над землей. Это особенность строения такая. В дневнике моей пра-прабабки Элерай Керрай описано, как хорошо горел уничтоженный ею мелорн. У него же в чреве газ скапливается, который при воздействии пламени может взорваться.

— Я это заметил, когда файербол в него запустил. А кого твоя пра-прабабка скормила этому монстру?

— Я уж и не помню, по-моему, какого-то эльфа, который очень настойчиво ее домогался, урод ушастый. А какая разница, кто это был, на самом деле.

— Знаешь, я иногда даже не могу понять, мне ужасает твое представление о морали, точнее полное ее отсутствие, или восхищает, — значит сырой план есть.

Осталось найти эльфа, которого будем скармливать мелорну, и не забыть приготовить масла побольше...

Я когда-нибудь разобью камни Тавидия, потому что у Эвы время от времени прорезывается отвратительная привычка «каркать». Посреди площади земля словно взорвалась, выпуская вылетевший со скоростью снаряда извивающийся корень, который внезапно упал на землю и принялся извиваться, как жуткая пародия на дождевого червя, только бледно-желтого цвета. А возле самого моста раскрылся запечатанный магией вход в туннель, скорее всего, именно по нему эти твари и прошли к замку, и оттуда вышел эльфийский маг.

Во всяком случае браслет на его руке был практически братом-близнецом того, что сейчас лежал в моем кармане, отягощенный плененными и заточенными в него чвырами.

— Твою мать, — процедил я, отпрыгивая от ворот, вот только поздно я это сделал, потому что этот выкидыш противоестественной связи чвыра и банши меня заметил.