Осколки величия

Бр-р-р-р…

Живот снова дал о себе знать и чувство голода, опять едва не затопило сознание. За последние дни она ничего не ела, а скудные припасы, что ей удалось взять с собой, давно закончились. Девушке было не привыкать голодать, но даже для нее это становится проблемой. И ведь даже нечего добыть себе, да и сил было слишком мало, чтобы пытаться.

Помотав гривой своих серых волос Мерли заставила себя собраться и не поддаваться слабости.

«Я выдержу! Выдержу! Выдержу! - заскрежетала она заострившимися зубами и до крови закусила губу.

– Я не для того столько терпела, чтобы просто умереть или вернуться. Я выдержу!»

Только эти слова и заставляли её двигаться. Страх вернуться, страх мучительной смерти в их руках, ведь ничего другого там её уже не ждало.

Ткц-ткц!

Послышалось знакомые паучьи звуки!

Она тут же замерла и затихла.

Неприметность!

Способность скрытности позволила ей стать менее заметной.

Над её укрытием приземлился паук и стал искать возможную жертву. Девушка тут же перестала дышать и на полную использовала те немногие способности, какие у нее были.

Скрытность она развивала очень хорошо и была в свое время неплохим охотником, да и дальнейшая жизнь приучила её быть максимально незаметной, но вот хватит ли ей этого для выживания в городе, она не знала, а потому могла лишь молиться Предкам о спасении. Хотя вряд ли они даже посмотрят в сторону столь позорной особи.

Паук несколько секунд стоял над ней, и ничего не заметив и не услышав, двинулся прочь.

Как только её чувствительный слух ничего вокруг не обнаружил, она смогла выдохнуть, однако в этом укрытии больше оставаться нельзя.

Неприметность! Тихий шаг!

Способностей Скрытности у нее было много, ранг не позволял развивать навык дальше, но годы практики позволили ей очень хорошо освоить то, что имела и она была практически неслышима для даже самых чувствительных ушей. С присущей её расе грацией и мягкостью шагов она быстро покинула укрытия и почти на четвереньках перемахнула дорогу, снова укрывшись среди руин.

Девушка двигалась максимально осторожно, старясь не задевать окружение, не хрустеть камнями. Именно для этого она сняла свои туфли, убрав их в сумку, и ходила босиком. Острые камни больно впивались в нежную кожу, но она терпела это и тратила немало сил на быструю регенерацию порезов, чтобы не оставлять следов.

«Холодно…»

Её тонкое закрытое платье почти не защищало от мертвой прохлады этого ужасного места.