Леннарт Фартовый

«Многое за этот срок здесь изменилось! Бороды в косы не заплетают, в воротах калитки делают, а всех незнакомцев не пытаются убить, едва только увидят», - размышлял я, одновременно осушая кружку. Которую вслед за Блезом поставил на стол со всего размаха: здесь так принято, достаточно посмотреть на глиняные черепки на полу, все ими завалено.

- Получается, это вы лазутчика и послали?

Блез кивнул, а сам Олаф пустился в воспоминания.

- Смотрю, в замке новая девица объявилась.

Шлюховастая с виду, но смазливая!.. А как она шла! М-м-м! – Твердобородый закатил глаза. - Кто такая? Почему не знаю? Дай, думаю, познакомлюсь. Ну я ее по заднице всей пятерней раз! И тут мне кулаком в морду прилетает. Да неплохо так, аж качнуло, - потрогал он припухлость на щеке.

- Его Счастливчик Леонард бить учил, - пояснил Блез, указывая на меня кружкой. – У него самого удар с правой – как лошадь лягнет копытом! Никому еще устоять не удалось.

«Нелишнее предупреждение, - подумал я.

- Если ты так с Рейчел пожелаешь познакомиться, не миновать тебе зубы по всему замку собирать!».

– Ну а дальше мы уже разговорились, - продолжил Олаф. – Ладно, давайте выпьем, а потом ваш лазутчик сагу еще раз споет, про Рейрика Дубоголового. Нет, какие же все-таки в старину саги складывали! Не чета нынешним! На что я человек не сентиментальный, но даже мне слезу вышибло.

Я посмотрел на Головешку, который успел заснуть, упершись лбом в столешницу: на выпивку он слаб.

- Уже в третий раз засыпает, - пожаловался Олаф. – Если не в четвертый. В последний - на самом интересном месте. Когда Рейрик со своей дружиной напал на купеческий корабль, у которого все трюмы были забиты молоденькими невольницами. И вот опять. Лазутчик! – окликнул он Теодора, но Головешка лишь что-то невнятно промычал во сне.

То, что Головешке откуда-то известны слова древней саги, пусть никогда прежде он в этих краях не бывал, меня не удивило нисколько.

Его вполне хватит и на то, чтобы прямо на ходу их придумывать: он еще тот лгун. Но сюда следовало привести Рейчел, Мэри, и остальных – зачем им мерзнуть в лесу возле костра? К тому же тробору следует отогреться. Боги только и знают, что у него в голове. Померзнет-померзнет, и придет ему мысль нас бросить, а на тробора у меня особые надежды. Да и пожитки в таком случае придется нести на себе, ибо с деньгами у нас худо, и купить вьючных лошадей не на что.