Леннарт Фартовый

И не забудьте захватить с собой тробора, ему тепло тоже будет не лишним.

- Господин Леонард, а что делать с Барри? – спросила Мэри.

Барри – бойцовый пес древней калхнийской породы. Огромный, и покрытый густой шерстью. Вот кто переносил морозы легко, главное, покормить вовремя.

- Ничего не делать, Барри сам о себе позаботится.

Наверняка он узнает, где находится кухня куда раньше всех остальных. И сразу же направится туда с визитом. С поварами, с его-то размерами общий язык найдет легко.

- Пойдем, милая, познакомлю тебя с Олафом, - подхватывая Рейчел под руку, сказал я.

Ей не мешало бы отдохнуть, но вначале необходимо представить хозяину замка. Иначе придет тому в голову познакомиться с Рейчел таким же образом, как и с Головешкой, и тогда, опасаюсь, замок станет бесхозным.

Блез еще держался. Он вообще выглядел молодцом, разве что раскраснелся. Но в зале, за время моего отсутствия, изменилось многое – теперь за огромным столом свободным оставалось единственное место.

- О, Леннарт вернулся! Так понимаю, это твоя леди? – увидел нас Олаф.

- Именно. Причем законная.

Я обвел предупреждающим взглядом заросшие бородами и покрытые шрамами хмурые лица его воинов. Куда уж законней, если мы с Рейчел прошли обряд бракосочетания целых пять раз. Четыре из них вынужденно, и пятый, не так давно, по обоюдному согласию.

Затем, держа Рейчел под локоть, подошел к свободному месту. Ухватив за воротник какого-то типа с косицей на затылке, бритой по бокам голове, где виднелись татуировки драконов, потянул на себя, и, освобождая место, швырнул куда-то за спину.

- Здесь будет сидеть моя леди!

Суровые края, и порядки в них суровые. Но мне они начинали нравится, ибо позволяли обходиться без лишних слов.

- Зря, наверное, - пожал плечами Олаф.

- Это еще почему?

- Бьерн Медвежья Лапа – берсерк, он сам привык так делать.

- Берсерк – это кто?

- Сейчас все поймешь. Лучше бы ты Сигмара Козьи Потроха, он все-таки попроще, - указал Олаф подбородком на воина, который находился по левую руку от Рейчел.

Наверное, действительно зря. Но раскаиваются в своих поступках только слабые люди, а показывать слабость в создавшейся ситуации категорически было нельзя.