Костяной Скульптор. Том 7

Сначала тело эльфийской девы покрылось по́том, у неё явно был сильный жар, потом начались судороги, дыхание стало прерывистым и хриплым. Всё сильно отличалось от предыдущих экспериментов, и в данном случае я был бессилен как-то помочь.

Оставалось надеяться, что это тело выдержит подобные нагрузки. Критический момент наступил, когда из глаз, рта, носа, ушей и вообще всех остальных отверстий, включая поры тела, начала течь кровь. Зрелище было то ещё.

Выглядела Лира словно уже прошла ритуал и стала вампиром, а потом распотрошила пару десятков человек, с головы до ног обмазавшись их кровью.

Однако на самом деле я был такому даже рад, потому что отчётливо ощущал в капельках крови, покрывавших её тело, остаточную ауру чёрного пламени. Те самые малые крохи, что не смог вывести из её организма сам. А это означало, что душа Святой Девы не отторгла новый сосуд, а изо всех сил пыталась его очистить, сделать пригодным для обитания.

Всё закончилось минут через десять. Температура спала, судороги прекратились, кровь перестала течь.

Крикнув служанок, приказал привести Лиру и кровать, пропитанную кровью, в порядок. И когда эльфийку положили на чистые простыни, на её щеках уже можно было заметить слабый румянец — хороший показатель восстановления.

Спустя ещё где-то час я начал замечать первые признаки пробуждения. Дрожали веки, сжимались губы, в какой-то момент Лира вскинула руку к голове, словно отгоняя привидевшийся кошмар.

Оставалось только понять, насколько успешно, потому что при неполном слиянии души с энергетической базой могли возникнуть самые разные побочные эффекты от слепоты до слабоумия.

Но, когда Лира всё-таки открыла глаза и в её взгляде, пробежавшемся по комнате и остановившемся на мне, последовательно промелькнули непонимание, неверие, а потом дикая злость, стало понятно, что, по крайней мере, этими недугами она не обзавелась.

— Ах ты… — она явно хотела вскочить и вцепиться мне в лицо, но ещё не до конца обжитое тело позволило ей лишь дёрнуться в мою сторону, после чего бывшую Святую Деву скрутило в приступе сильнейшей боли.

— Лучше не дёргайся ещё часика три, пока душа к телу не привыкнет, — довольно улыбаясь, предостерёг я. Похоже, всё прошло более чем удачно.

— Через три часа я первым делом перегрызу себе вены! — яростно прошипела она, всё ещё морщась.

— О, нет, у тебя не будет такого шанса.