Даркут: взросление. Том 1

Кто-то не проходит дальше озера, кто-то почти доходит до храма и ломается прямо там.

— Давай еще раз повторим, — попросил Чиун. — Вот смотри, первое испытание — нырнуть в ледяную воду Зеленого пекла и подобрать медную монетку со дна.

Кубул кивнул и продолжил:

— Дальше — прыжками через Свистящий лес до горы. Потом легче, надо проползти фарсанг по тропе под натянутыми арканами.

— А почему озеро называется Зеленое пекло? — спросил Кынык и подбросил дрова в костер.

В лесу завыли волки.

— Потому что ледяная вода обжигает, как огонь, когда ныряешь в нее, — объяснил Кубул.

— Так, на чем я остановился? Ах да, потом тропа становится узкой и вовсе исчезает. Надо ползти по отвесной скале до противоположного конца тропы. Он начинается почти через пол-фарсанга. Многие падают в пропасть.

— Не люблю высоту, — поежился Наиль.

— Я тоже боюсь, — кивнул Кубул. — Поэтому не стал проходить в прошлом году. Занимался на скалах.

— Да, я тоже слышал про это испытание, — сказал Чиун. — И подготовился.

Он оглянулся по сторонам и не заметил никого из вожаков.

Достал из сумы кожаные обвязки с веревочками и острыми наростами.

— Помните двух горных котов, мы их поймали осенью? Я сделал из их когтей крюки для лазанья по горам. У нас такие делали охотники в аиле, когда шли на козлов в горы Газгерда. Надеваете на ноги и можно зацепиться на любой гладкой скале.

Кынык и Наиль тут же померили обвязки, довольно улыбнулись и спрятали в сумки на поясе. Кубул покачал головой.

— Нет, я попробую сам. Зря я, что ли весь год занимался?

— Я тоже занимался, когда ловил в западню Пулада, товарища Жибаеги, — сказал Чиун.

— Но еще одна подмога лишней не будет.

Кубул сжал губы и снова покачал головой.

— Ну, как знаешь, — Чиун спрятал обвязки в суму. — А потом по тропе поднимаешься к храму?

Кубул кивнул.

— Да, раньше еще стояли молодые храмовники с копьями и надо было пробиться сквозь них. Но теперь в храме служат одни старики. Поэтому тропа свободна. Хотя, в последнее время поговаривали, что на тропе хотят привязать горных котов.

— И потом, когда ученик добрался до храма, его ждет самое тяжкое испытание, — добавил Чиун. — Молчаливая порка.

— Да, — вздохнул Кубул. — Спина будет болеть неимоверно.

— А, мне бояться нечего, — махнул Наиль. — Меня отец с раннего детства порол. И если я кричал, порол еще больше. Совсем, как в храме.

— Да, запомните, стонать нельзя, — сказал Кубул, обведя друзей взглядом. — Иначе запорют до смерти. Розги мочут в соленой воде, бьют очень больно.