Даркут: взросление. Том 1

Через бок у него извивался длинный шрам от укуса животного.

— Ты теперь моя жена. Я женюсь на тебе. Прямо сейчас. А эту девочку убью. Ты родишь мне новых детей.

Он встал, взял лежащий рядом халади, подошел к ним и схватил гаура Оруны под уздцы. Ормана хотела закричать, но от ужаса потеряла дар речи.

— Ты уверен, что хочешь взять меня замуж? — спросила мать, щёлкнув пальцами.

Женщина с кувшином в руке пробормотала: «Защити нас, Тэйанг!». Мужчина отпустил гаура. Ормана оглянулась и вскрикнула.

Вместо статной матери на гауре сидела согбенная старуха с редкими белыми волосами и гнилыми зубами.

— Кто ты? — воскликнул мужчина и отошел подальше. — Ты казалась мне красивой!

— Я мать Козана, — ответила Оруна. — Я же сказала, что мы из его аила.

— Передавай привет почтенному Козану, — сказал татуированный и схватил гаура Орманы. — Я заберу эту девочку. Пусть помогает по хозяйству. А вырастет, возьму ее в жены.

Ормана закричала и расплакалась.

— Иди, старуха, — мужчина хлопнул гаура матери по крупу.

Мать молчала.

— Не оставляй меня, — сквозь слезы попросила Ормана.

— Ты же хотела поупражняться, — напомнила мать. — Вот и давай, занимайся.

И тронула гаура, поехав вглубь аила.

Ормана зарыдала. Мужчина схватил ее за ногу и потащил из седла.

Девочка представила, что она тоже старуха, но ей не удавалось создать ясный образ. Тогда в отчаянии она представила, что на татуированного сзади набросилась бешеная собака.

— Эй, кто здесь? — мужчина развернулся, приготовив халади.

Двое годовалых малышей возились в грязи у кибитки. Женщина помешивала варево в казане. Собаки лежали на солнце и тяжело дышали, высунув языки.

Мужчина обернулся и снова схватил Орману за ногу. Девочка попробовала представить, что она тоже мужчина, но испугалась, что тогда нападающий зарежет ее. Гаур протестующе трубил и отходил от настойчивого мужчины.

Ормана думала, что навсегда останется в чужом аиле, но мать вернулась.

Мужчина отшатнулся от Орманы и упал на зад с криком:

— Медведь!

Вскочил, цепляясь за почву руками и побежал к кибитке. Быстро нырнул в нее. Малыши в грязи заревели. Женщина с кувшином пробормотала что-то неразборчивое.

Мужчина выбежал из кибитки с копьем в руке. Остановился в недоумении. Перед ним на двух акрах сидели две уродливые старухи, одна большая, другая крохотная.

— А где медведь? — спросил он.