Мифист. Последний великий воин

»

– Отлично, теперь рассмотрим выпады, когда вы атакует центр тяжести смещается… – я внимательно слушала и запоминала все что говорит Арктур и через десяток минут, когда вводный урок был окончен пришла пора повторять. Такой стыд и позор я уже давно не испытывала.

«– Выше! – менторским тоном заявил великий воин. – Нет, посмотрите опять центр ушел! Заново! Еще раз, выпад! Нет, я ведь говорил выше руку! Ох, куда Вас занесло… Замрите, вот уже лучше… нет! – с каждым комментарием я начинала понимать, как мало я знаю о фехтовании и как сильно начинаю недолюбливать Арктура.

– Выпад, центр, перенос! Теперь подшагивание, отлично и переменный шаг! Вы снова взялись за старое, держите центр!»

Мы закончили глубокой ночью. Каждый мускул тела выл от боли я даже 2 уровня подняла за тренировку. Оставив Арктура в гостинице заучивать карты я вышла из игры. Голова буквально трещала от полученных знаний, поужинав я уже собиралась лечь спать, как услышала звонок в дверь. Посмотрев в глазок обнаружила брата, он стоял на лестничной площадке и выглядел уставшим.

– Привет, сестренка! – прозвучал веселый голос в подъезде. – Пришел на чай! – Я открыла дверь, но вместо приветствия просто направилась на кухню и поставила чайник.

– Адрес папа сказал? – не отрывая взгляда от плиты спросила я. – Конечно же он, никто не знал кроме него… Зачем пришел?

– Мама в больницу попала, – присаживаясь на стул, заявил Рома, прислонив голову к стене, радость слетела с его утонченного лица. – Что-то с сердцем…

– И что? Мне теперь к ней бежать? И с каких это пор тебя волнует ее состояние?

– Всегда волновало! Просто ты не знала, с тех пор как ушел, я каждый день общался с отцом и всегда справлялся о ее здоровье.

– И? Дальше что?

– Мы должны вернуться, пока ей не станет лучше будем находится рядом.

Смех сам вырвался наружу. Нет, он не был веселым скорее истеричным, утерев слезы в уголках глазах я посмотрела на брата, в голосе звенела холодная сталь: – Тебе надо ты и возвращайся!

– Кира, так нельзя она же наша мать!

– Твоя мать, – процедила я, вода в чайнике начала закипать.

– А ты такой же лицемер, как и она! – не знаю откуда взялось презрение в голосе, но меня распирало и остановиться я уже не могла. – Когда я просилась к тебе, ты не был против, но теперь, когда я живу самостоятельно не нахожусь под опекой ты вдруг вспомнил, что она наша мать? Может заодно вспомнишь почему ты ушел из дома? Вспомнишь, что оставил меня с ней на целых два года? Не хочешь? – чайник свистел, вода закипела.