Опалённый, том 2

Чем глубже в Ад спускаешься, тем более сильными становятся его обитатели. Повелителей кругов это касалось в первую очередь. Смит продолжал:

– Из местных один на один против Астарота способен выйти победителем только ты, Ваня. Есть, конечно, вариант устроить на местах открытия порталов выжженное радиоактивное пепелище, но это всё равно, что угробить весь этот мир. Так что если ты не справишься – быть ядерной бомбардировке.

Хохотун хотел было что-то сказать, но замолчал, будто ему закрыли рот ладонью.

Что-то тут нечисто.

– А что насчёт Васи? Он вон как ловко помогал нам справиться с толпой демонов. Он не справится, что ли? – что, неужели вы рассчитывали, что я об этом не подумаю в первую очередь?

– Во-первых – не справится. А во-вторых – местные должны сами решать свои проблемы. Таковы правила. Мы можем вмешаться только тогда, когда миру грозит полное уничтожение, – Джон, казалось, виновато пожал плечами. Будто бы он и правда хотел бы иметь возможность одним махом решить все наши проблемы, но такой возможности ему никто не давал.

– Вот значит как… тогда пойдём, начистим рыло этому Астароту. А то я чувствую, что у нас скоро перестанут справляться фильтры, – да, запасные-то остались в машине. До неё идти не так далеко, но всё-таки опасно. Японки-то точно одни не справятся в случае второй волны нападающих, у них не осталось сил.

– Вот это правильно, – Василий показал большой палец и, потянувшись, сделал первый шаг. Затем обернулся и сказал: – Будьте все предельно осторожны и внимательны.

Никогда не знаешь, что где тебя могут поджидать демоны. Особенно в самом сердце их владений.

Словно иллюстрируя всю справедливость своих слов, Хохотун вышел из-под защиты крепостной стены. И как только я собрался последовать за ним, с неба на школьника рухнула горгулья, размазывая Василия по разбитому асфальту.

– Твою мать! – Смит гневно ударил кулаком по столу, после чего всякая связь с ним пропала.

– Вот уж действительно – твою-то мать, – это было слишком неожиданно.

Но, раз уж я теперь знаю, что мне делать – то буду это делать. Кроме меня некому спасать этот мир.

Мгновение спустя

Василий, ослеплённый яркой вспышкой, с трудом раскрыл глаза. Едкий воздух с первым же вдохом вгрызся в его лёгкие, оседая смолой внутри. Но спустя пару секунд боль в груди утихла.

Юноша лежал на забетонированной части крепостной стены, укрытый от любопытных взоров зубцами и остатками горящего настила.