Одержимый

Спорить с ней Лаура не стала, а поднялась и дёрнула за шелковый шнурок у входа. Где-то глухо зазвонил колокольчик и вскоре в комнату вбежала служанка. Отдав распоряжения, Лаура вновь вытянулась в кресле и начала рассказ.

Даран оказался её сводным братом — бастардом отца от рубежницы из незнатных. Их роман длился не один год, что безумно злило первую жену графа. Как часто бывает в династических браках, особой любви между супругами не сложилось и пока знатная жена рожала Лавру наследников, тот предпочитал проводить время с любовницей.

У рубежницы, видимо, были далеко идущие планы на эти отношения и она понесла от графа, родив Дарана.

Дальнейшая история обросла слухами и домыслами. Одни говорили о трагической гибели рубежницы, после которой граф забрал в замок не только своего бастарда, но и осиротевшего старшего сына любовницы. Другие утверждали, что именно графиня приложила руку к скоропостижной смерти ненавистной соперницы.

Как бы то ни было, Даран с братом поселились во дворце, среди других одарённых магией бастардов.

— У вас принято заботиться и о незаконнорожденных детях? — в голосе Мии отчётливо слышалось одобрение.

— Только если они унаследовали магический дар, — разочаровала её Лаура. — Из них выращивают рубежников для охраны границ, или стражников в замок.

Служанки принесли подносы с едой и только уловив аппетитные запахи Лёха осознал, насколько проголодался. Да и готовили графские повара отменно, так что оставшуюся часть истории он слушал с набитым ртом.

Миа не отставала, хватая еду с подноса прямо руками, а вот Лаура съела пару кусочков явно через силу и лишь баюкала в руке стакан с ягодным морсом.

— И этот самый Даран успел дослужиться до начальника замковой стражи? — прожевав, уточнила эльфийка.

— Если бы... — вздохнула Лаура. — Он рвал жилы, стараясь заслужить любовь отца, но чем лучше граф относился к бастарду — тем больше его ненавидела графиня. И это отношение переняли все её дети — мои старшие братья и сестра. И даже после смерти матери они сохранили глубокую неприязнь к Дарану и его безродному брату.

— Несладко ему пришлось, — оценил Стриж.

— Не то слово, — вздохнула девчонка и отпила немного из бокала. — Отец женился во второй раз и родилась я. Меня, младшую, любили и баловали, но как-то раз я увидела, как братья травят Дарана, выбросив из окна его обед. Он никогда не жаловался отцу, не желая показаться слабым. Помню я тогда утащила мясной пирог с кухни и принесла ему.