Война 2010: Украинский фронт

Локаторы выключились, и, по случаю попадания, в кружки плеснуло не положенные официально, но требуемые психике фронтовые сто-двести и более грамм.

Однако явно превосходящая всяческие натовские стандарты живучести «ЛА», потеряв связь с землей-мамой, приобрела кошмарную жутковатость ожившей куклы-марионетки. Может, посредством неведомого пространно-временного континуума с ней связались империалистические роботы из «грядущего далёко» однополярного мира? Может быть. Но только от встряски произведенного рядом зенитного подрыва, в самолете-мишени отключился самоликвидатор и теперь ее срок жизни обусловил только запас сохранившегося в баках топлива.

Этот запас был достаточно велик. Самое главное, чудесно управляемый сам собою летательный аппарат совершил маневр-разворот, прочь от опасной территории полигона, и отправился в самостоятельное путешествие над соснами.

* * *

…Так вот,

Для полной имитации в бумаге,

Достаточно немного наклонить, тот стол,

На коем затаилась

Та схема боя. Персы лезут вверх,

Точнее движутся, подъем не слишком крут.

Но то пехота – медленный кулак.

Его задача мазать по стене

И в сопли растирать размокший уголь —

Жалкие остатки

Кремня, алмазную крупу

Фаланги греков. А катализатор?

Тот самый, что обязан разложить

там, наверху стоящую преграду из человеков.

Да, он впереди —

Гарцуют на конях стрелки —

Непобедимая армада…

23. Большой бизнес-план

Кондиционер включен в машине явно не только для комфорта. Это аппарат глушение по звуковому каналу.

Сопровождающие Хайруллах-бея лица стоят спиной к дверям, но они наверняка обернутся, если Исхан Хаккин примется сейчас убивать генерала. Голыми руками он ничего не успеет. Хайруллах-бей явно об этом знает, а потому продолжает вещать спокойно и размеренно.

– Ты, наверное думаешь, Исхан, зачем такой-сякой генерал, которого я всегда за деньги, но, мне почему-то кажется, с душой, ранее обслуживал, сделал такую гадость? – Звания генерал-лейтенант в турецкой пехоте за просто так явно не присваивают: Хайруллах-бей читает мысли с листа.

 – Но твой мозг зашорен, Исхан, ой зашорен. Кстати, учти, официально мы с тобой тут не виделись. Мы вообще никогда не виделись. Будешь трюнькать языком, и правда прослужишь весь срок, да еще не здесь, а где похуже. В патрулирование прокурдских территорий жаждешь? Вот то ж! Так усек, что мы не виделись?

– Так точно, Хайруллах-бей, – Исхан уже почти взял себя в руки.

– И значит, я о зашоренности.