Жезл Всемогущества

Одно дело сидеть в уютной аудитории и слушать лекцию больше напоминающую собой сказку с грустным концом, думая, что всё это далеко и почти наверняка не правда. Ну, почти не правда, не вся. А другое дело - видеть и осознавать ТАКОЕ. Занавес. Воздух, наполненный запахами сгоревшего человеческого мяса, пусть мертвого, в большинстве своём усохшего, но мяса, наполнился характерными звуками. Практически весь гарнизон поднявшись, снова припал к земле, вcтав на колени и содрогаясь в рвотных позывах. Блевали все! Ну, почти все.

Ангелочки, а именно мы с Артемисией высвобождали недавний ужин. Сначала тебя отпускает, потом ты смотришь на другого блюющего и очередной спазм заставляет тебя уподобиться ему."Он такой ууааа, я смотрю на это и такой уууааа! И так до бесконечности, пока не выблевали желудки!"Шутки шуками, но даже когда ничėго не осталось, всё равно корчился, вися на ограждении вышки. Так хреново мне ещё никогда не было…Переход от победного зрелища горящих мертвецов, до полной недееспособности личного состава роты оказался таким стремительным, что если бы сейчас на подступы лезла вторая волна нежити,то встречать её оказалось бы некому. Куда не посмотри – везде картина маслом под названием «Утро после Нового года». Только десятники и часть солдат из старослужащих остались на ногах, распрямившись после рвотных спазмов, а остальные, приняв «упор лёжа» настойчиво взывали к Богам. «Просто приходи и бери нас голыми руками» - подумал я, стирая ладонью с губ остатки желчи и рвотных масс, стараясь дышать только ртом и через раз. Последнее получается плохо. Мутит просто невероятно, но я вроде как держусь. Суровые будни войны, мать его так.Единственный из нас, кто сберег содержимoе своего желудка – это Форс. Старый маг огня, что служит здесь десятки лет. Хотя это-то как раз и понятно. Дедуля - огневик и подобные запахи ему знакомы. Правда, сегодняшняя их концентрация, что называется - зашкаливает… Фу-у, блин, опять к горлу подкатывает тошнота... Лучше займу себя делом. С трудом отвлекаясь от неприятных ощущений, беру ящик с огоньками и подтаскиваю его к стреломёту. От солдат сейчас толку нет, а нужно подсветить дальние подступы к Рубежу. Вполне возможно, что еще ничего не кончилось. Дыхание ртом и занятость делом немного отвлекают от тошноты. Постепенно прихожу в себя, как и большинство окружающих, благо погода тоже решила нам помочь. Порывы сильного ветра, стремительно выдувают в сторону и тошнотворные запахи,и падающий черный «снег». Тетива натянута.