Тёмных дел мастера. Книга третья

Но всё же, стоило капитану только вставить этот небольшой блестящий камушек в свою палочку, наскоро повернув её кончик к уху, чтобы задействовать заклинание индивидуального «звукового купола», как на несколько минут в зале совещаний фейдского отделения добровольной стражи воцарилось совершенно гнетущее ощущение. Казалось, даже древние стены здания это почувствовали, поскольку занимавший до того изрядную часть зала громкоголосый Пакрел ни с того ни с сего будто уменьшился и зачем-то медленно присел на стул, обхватив ладонью рот и скулы, пока слушал сие срочное донесение.

Становясь всё более мрачным по мере того, как чьи-то слова чудесным образом вытесняли весь его живой гонор и офицерский потенциал, попутно заменяя его на что-то совсем непутёвое, Пакрел заметно негодовал, отчего у него стремительно белели уши и краснело лицо.

Затем изрядно изменившийся в лице капитан хотел было опять встать, но ноги ему этого не позволили, и, просидев так ещё пару томных мгновений, он нехотя скрестил руки в замок и продолжил упорно сверлить глазами стену, пока вдруг не объявил во всеуслышание:

— Собрание окончено.

Расходитесь по своим рабочим местам. Отныне этим делом официально занимается отряд столичной СПМР… Вот же черти! Когда они только успели там оказаться, мать их!..

Уютно устроившись в своём шикарном кресле, сплетённом из декоративных ветвей белой хоккарианской сосны, предварительно размоченных в специальном алхимическом растворе, придающем им любую форму, довольно постаревший за все свои нелёгкие годы «служения народу» нынешний глава района Варгоса Александро Дож пребывал в хорошем расположении духа.

Находясь на этом посту вот уже четвёртый срок подряд, вместо положенных двух, он занимался в данный момент тем, что вальяжно возвращал на место рычажки своего небольшого магозаписывающего прибора, переключая их в стандартное положение. И как только последний рычажок встал на место, то по его кабинету тотчас же снова продолжила разливаться тихая музыка, ублажая также слух и его особых гостей, назначенных к приёму на столь поздний час.

Конечно, из-за них «бедному работяге» даже пришлось задержаться на своём рабочем месте гораздо позже обычного — но дело того стоило.

— Ну что же, многоуважаемые вершители порядка, — обратился к ним почти сразу после этого Александро, скрестив руки на груди в весьма высокомерной манере, словно бы только что совершил какой-то очень мастерски исполненный трюк.